Егор сперва и не понял, что произошло. По его бедрам неожиданно прошлась легкая покалывающая волна, как будто Мастер начал растирать ладонями онемевшие от напряжения мышцы, хотя на самом деле тот и пальцем его не тронул с тех пор, как отстранился. Да и момент, когда проходит онемение, при массаже обычно сопряжен с колючей, сопровождаемой судорогой болью, а тут ощущения были даже приятными, будоражащими и волнующими. От бедра к бедру через пах пробегала невесомая, очень деликатная щекотка. И если обычная щекотка ласкала лишь кожу, то эта как будто сразу ныряла вглубь, без заминки проникала в тело и гладила изнутри мышечные ткани. Пронизывала до самой кости и походя мягко переминала попадающиеся на ее пути органы. Члену и мошонке тоже доставалось. Игривый покусывающий прибой раз за разом накатывал на них, погружал в себя, заставляя яйца подтягиваться, а член крупно вздрагивать и ронять на живот вязкие капли.

Мастер умудрялся, не прикасаясь, дарить Егору удивительное дразнящее удовольствие, которое с каждой минутой неуловимо менялось: то становилось насыщеннее, вызывая сильное подергивание мышц, то угасало, почти исчезая за остаточной дрожью кожи. Когда пронзительность этих уколов усиливалась, тело вне зависимости от желания его хозяина максимально напрягалось, а в паху горячими искрами быстро нарастало обманчивое ощущение внезапно накатившего оргазма. Но стоило Егору задеревенеть в полной готовности принять на себя удар наслаждения, как лукавая щекотка тут же унималась, мышцы расслаблялись и оргазменная волна снова откатывала, оставляя его мокрым от пота, полным семени и все еще неудовлетворенным.

Несложно было догадаться, что могло оказывать такие странное воздействие - удовольствие на грани боли. На себе Егор такого еще не испытывал, да и своим партнерам подобного не предлагал, но был неплохо подкован в вопросах необычного секса и знал, что может давать такой удивительный эффект.

Электрический ток, как гулкое эхо, прокатывался по нему от колен до ребер. Пощипывал кожу, ленивой молнией проносился от одного электрода к другому. Нарастал, когда того хотел Мастер, и тогда Егора накрывало предоргазменными спазмами, или убывал, и тогда тот судорожно хватал ртом воздух, чувствуя лишь мелкие щипки и легкое массирование. Иногда, после того как вибрация тока почти полностью пропадала, на коже оставалось бодрящее морозное ощущение, будто лед приложили и сразу убрали, и Егор каждый раз непроизвольно ежился, испытывая его.

Он никогда не думал, что ему придется попробовать нечто подобное. Совершенно не ожидал, что электросекс может доставить такое потрясающее, ни с чем не сравнимое удовольствие. Егор плавал в мучительном наслаждении, словно в бескрайнем океане, и восхитительные волны мягко покачивали его - то возносили на пенный гребень, то опускали в темную глубину, но все никак не давали достичь берега-оргазма.

Эта игра сильно выматывала, даже раздражала, но вместе с тем каждый ее раунд продлевал острые ощущения буквально до бесконечности. Скоро Егор понял, что это тоже была своего рода пытка. Мастер мучил его колким блаженством, и, утопая в нем, Егор терял счет времени. Казалось, что тот играл с ним уже несколько часов, хотя на самом деле вряд ли прошло больше получаса. К этому моменту силы начали покидать тело, Егор устал, вымотался морально и физически и желал уже лишь одного – кончить и сразу вырубиться.

Должно быть, Мастер заметил его бессилие, потому что, наигравшись, выключил ток и освободил бедра Егора от давления тонких ремешков. Тот думал немного отдохнуть, но Мастер не дал ему ни минуты – просунул пальцы под поясницу, погладил копчик влажными касаниями и прилепил туда цепкую полоску электрода.

– Может, хватит? – тихо спросил Егор, не сильно рассчитывая на послабление.

Устало потерся лицом об плечо, чувствуя, как ноет в паху из-за неудовлетворенного желания, но требовать ответа более настойчиво не посмел.

А Мастер снова забрался на него верхом. Скользкая ладонь крепко обхватила член. Егор слабо понадеялся, что ему сейчас позволят излиться и отпустят восвояси. И, конечно же, ошибся. Ладонь приласкала его, давая уже настоящую, вполне ощутимую стимуляцию, и Егор так размяк от этого привычного поглаживания, что опомнился лишь когда член стал протискиваться в горячую, все еще тесную, но уже такую знакомую засасывающую глубину.

Мастер насадился на него без пауз. Просто принял в себя до конца и замер, прижавшись к паху твердыми ягодицами. Вздохнул удовлетворенно. По крайней мере, Егор понадеялся, что это был действительно вздох удовлетворения, а не раздражения, и в очередной раз пожалел, что не может коснуться его.

Очень уж хотелось подхватить Мастера ладонями под ягодицы, задать его покачиваниям медленный чувственный темп. Правда, тот и не думал двигаться. Сидел на Егоре с комфортом, непроизвольно по чуть-чуть поджимал внутренние мышцы, привыкая к его вторжению, но больше ничего не делал, даже руками не прикасался. Не пытался опереться на Егора, как делал это в прошлый раз, не гладил его и не щипал.

Егор с трудом разлепил ссохшиеся губы, чтобы выпросить у него хотя бы пару фрикций, и тут почувствовал, как под прикрепленным на копчик электродом начинают тихонько зудеть ягодицы. Так и замер с открытым ртом, прислушиваясь к этим ощущениям. Пытался понять, чем именно ему грозит это едва заметное свербение, а оно тем временем нарастало и углублялось, прознало его насквозь и концентрировалось…

– О Господи! – выдохнул потрясенный Егор, чувствуя, как бегут по члену электрические токи и пропадают, срываясь с него внутри тела Мастера.

Тот все еще не шевелился, но весь был напряжен, будто пытался насильно удержать себя от малейшего движения. С каждой горячей колющей волной, посылаемой сквозь тело Мастера, сокращение его мышц постепенно учащалось, нарастало и вскоре стало напоминать равномерное биение пульса.

Егор и сам превратился в монолит. Сконцентрировался на этом ритмичном, обжимающем член трепыхании, которое идеально сочеталось с теми огненными всплесками, что сотрясали его ягодицы, бедра и пах. Будь Мастер даже триста раз тренированным, умеющим произвольно сокращать и расслаблять внутренние мышцы, он никогда бы не смог без электрической стимуляции сжимать его так долго и в таком темпе.