— Каким образом вы это выяснили? — с интересом спросила Юля.

— Все намного проще, чем кажется на первый взгляд, — Кирилл пожал плечами. — Очерчивается круг знакомых, выявляются интересы, увлечения, работа, социальный статус. Данные загружаются в специальную компьютерную программу, и на основании этих сведений машина выдает предполагаемый анализ, помогающий понять, могли эти люди быть знакомы или нет.

— Полная ерунда, — фыркнула Юлька. — Доверять в таком деле какой-то машине — глупо и опрометчиво.

— Не скажи, вероятность точности — девяносто два процента, — возразил Данила. — Ведь мы делали его не для того, чтобы просто слепо довериться выводам машины, а чтобы было от чего плясать. Когда убедились — вероятность того, что Князев действительно не был знаком с девушкой, велика, значит, он не имел причин ее убивать, — начали искать доказательства его невиновности. В ночном клубе «Золотой глобус» мы, естественно, побывали — не как сыщики, а как клиенты. Показывали фотографию Дмитрия, его там никто никогда не видел.

— А у вас никто не спросил, почему вы это делаете?

— Мы сказали, что ищем друга, он уже две недели тому назад пропал, — ответил Кирилл. — И якобы мы от кого-то слышали, что у него была подруга из этого клуба. Но его фото так никто и не узнал. С родителями Самохиной все было очень просто. Мы пришли к ним, как люди, желающие снять у них комнату. Назвали такую сумму, которую мы готовы заплатить, что они не смогли нам отказать. Ну, естественно, мы с собой пару литров водочки прихватили, выпили за удачную сделку, а дальше — дело техники. Давно известно: что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.

— Спиться не боитесь, сыщики? — фыркнула Юлька.

— Нет, я свою порцию водки почти всю кактусу скормил, что на окне у них стоит. Здоровый такой, толстый, иголки, как шпаги, я потом их еще пару дней из ладони вытаскивал. Вот натерпелся, бедолага, я кактус имею в виду, — засмеялся Кирилл. — Данила часть в раковину вылил, часть ему выпить пришлось, а пару рюмок он в герань опрокинул.

— Мало того, что в этой квартире хозяева — алкоголики, так вы еще и растительность споить решили? — фыркнула Юлька.

— Ничего, думаю, от одного раза ничего не случится, наоборот, цветочки получили хорошую подпитку вместо удобрений. Короче говоря, выяснили мы, что нам было нужно, пообещали через три дня приехать, заплатить и заселиться, и распрощались с гостеприимными и в дым пьяными хозяевами.

— А дальше?

— Как и вы, мы сначала пошли по ложному пути. Стали выяснять, кому выгодно, чтобы Князев сел надолго. Этот процесс занял много времени. Сначала мы составили список тех, кто был на вечеринке, начали проверять каждого. Когда дело дошло до уборщицы, ей мы уделили более пристальное внимание.

— И то лишь по той причине, что она была первой, увидевшей трагедию, случившуюся в кабинете Князева, — вставил Данила. — Если бы не этот факт, наверное, мы вообще не стали бы углубляться. И тогда, вполне возможно, так ничего и не узнали бы.

— Мы снова обратились к Парамонову, когда он прислал нам ее биографию, мы насторожились, — снова перехватил инициативу Кирилл. — Оказывается, она была членом международного клуба охотников, участвовала в сафари и даже была награждена серебряной медалью за метание ножей.

— Как раз этот факт нас больше всего и заинтересовал, — сказал Данила. — Ведь девушка была убита охотничьим ножом, да еще и в шею. Я почему-то сразу представил себе картину: как эта тетя Маня кидает свой охотничий нож и убивает Самохину.

— Да, так и было, — подтвердила Алиса. — Она сама нам об этом рассказывала и в своем признании написала.

— Узнав о ее бурном прошлом, мы стали рыть носами землю, чтобы узнать и об остальном, — снова заговорил Кирилл. — Все: о ее семье, родственниках, одноклубниках и друзьях. Докопались до судимости ее сына… и узнали, кто был судьей на процессе. Тогда мы поняли все.

— А мы тоже все поняли, только уже в доме Марии Васильевны, — сказала Юлька.

— Точно, понятливые вы наши, — ехидно улыбнулся Данила. — Ноги бы вам со Скуратовой оторвать за ваше понимание, — добавил он.

— За что их нам отрывать? — ощетинилась Юлька. — Да за такие ножки…

— Хватит спорить, — остановил их Кирилл. — Что теперь об этом говорить задним числом, когда ничего не вернешь? Да, девчонки поступили опрометчиво, но они же не знали… Слава богу, все живы, здоровы, остальное уже не столь важно. Хорошо то, что хорошо кончается. Вот и у нас закончилось.