— Вы жена Маркова? — удивленно спросил майор.

— Да, а что это меняет?

— Могли бы сразу сказать!

— С какой стати я должна докладывать вам о своем семейном положении? — фыркнула Алиса. — Может, мне еще и исповедаться вам?

— Вы меня поставили в дурацкое положение перед… перед… в общем, в кошмарное положение вы меня поставили, Алиса Андреевна!

— Вы сами себя поставили… в положение, — усмехнулась Скуратова. — Прежде чем что-то делать, нужно думать головой, а не… короче, вы понимаете, что я хочу сказать.

— Вы жена Маркова, а ваша фамилия — Скуратова, да еще и работаете… я даже предположить не мог, Марков, он же… он же олигарх, странно как-то, — растерянно бормотал Коровин, не глядя на Алису, перекладывая с места на место бумаги у себя на столе.

— Я с честью ношу свою фамилию, не привыкла прикрываться именем мужа. Лишь в исключительных случаях, когда приходится иметь дело с чинушами вроде вас, — резко ответила Алиса.

— Я всего лишь добросовестно отношусь к своим обязанностям следователя и исполняю свой долг.

— Если бы добросовестно, — усмехнулась Алиса. — Нет, господин майор, вы не исполняете свой долг, вы просто зарабатываете себе звездочки. И вас совсем не волнует, какой ценой они вам достаются.

— Я бы попросил…

— Я могу идти? — Алиса резко перебила Коровина.

— Да-да, естественно, идите, — закивал тот. — Если возникнут какие-нибудь вопросы, милости прошу, всегда буду рад помочь, — пробормотал он.

— Вопросы возникнут непременно, так что очень скоро нам придется встретиться вновь. Кстати, забыла спросить, — вспомнила Алиса. — Князев просился к вам на допрос?

— Да, у меня лежит докладная записка из тюрьмы.

— И?

— Что и?

— Вы его вызвали?

— Пока нет, у меня не было времени, — начал оправдываться Коровин. — У меня еще два дела в производстве, и я не мог…

— Будьте так любезны, отложите все дела и завтра же пригласите Князева на допрос, у него для вас есть заявление, — перебила Алиса майора.

— Какое заявление? — насторожился тот.

— Завтра и узнаете — лично от него, а я прослежу, чтобы вы опять не забыли его вызвать. Всего хорошего, господин Коровин, — ехидно улыбнулась Алиса и вышла за дверь. — Бывает же такое дерьмо! — фыркнула она, оказавшись в коридоре. — Даже в баню хочется — как следует отмыться.

Компания из пяти человек остановилась неподалеку от дверей ночного клуба «Золотой глобус». Друзья начали горячо обсуждать свои дальнейшие действия.

— А я говорю — нам нельзя показывать, что мы пришли сюда вместе, — сказала Юля. — Я пойду с Ильей, Алиса с Катей, а Константин пусть один идет.

— Почему он должен быть один? — удивилась Екатерина.

— Да потому, что ему предстоит решить главную задачу, ради которой мы сюда и приехали, и сделать это он сможет только в одиночку.

— Юля права, — согласился Константин. — Одному мне будет проще завести непринужденное знакомство.

— Ты, кстати, фотографию не забыл? — спросила у него Катя.

— Нет, выбрал ту, где мы втроем, Дмитрий, Вадим и ваш покорный слуга, — улыбнулся молодой человек, слегка склонив голову. — Я там удивительно хорошо получился. И вообще, я до невозможности фотогеничен, так все мои знакомые девушки говорят.

— Они тебе льстят, — засмеялась Катя. — Кстати, как ты эту фотографию станешь показывать? Что им скажешь? — спросила она.

— Не волнуйся, я найду, что сказать женщине, особенно симпатичной, — Костя лукаво сверкнул глазами. — И вообще, пора бы уже понять: если Незнамов берется за дело, все будет тип-топ. Пошли, что ли, или так и будем стоять?

— Сначала топай ты, потом мы с Ильей пройдем, а уж Алиса с Катей…

— Нет, последними пойдем мы с тобой, — возразил Илья. — Пусть Катя с Алисой идут первыми.

— Решайте, кто, когда и куда, а я пошел, — и Константин, помахав дамам рукой, продефилировал к дверям клуба.

— Через пять минут пойдут девчонки, потом мы, — повторил Илья.

— Как скажешь, — согласилась Юля. — Костя вошел, девочки, вперед, — велела она Алисе с Катей.

— Юля, мне кажется, что вон тот парень за нами следит, — зашептала Катя ей на ухо.

— С чего ты взяла? — Юля удивилась и закрутила головой. — Где же он?

— За дерево спрятался.

— Как ты могла кого-то разглядеть, темно же?

— А он под фонарем что-то рассматривал, я его и узнала. Я его видела, когда мы садились в машину у дома Алисы. Он тогда сел в «Жигули», и вот он здесь.