– Нет-нет! Легла я под поезд сама, а вот покинула рельсы не по своей воле. Меня с них снял один парень… - Дальше проследовал не слишком длинный рассказ о том, кто такой Евгений Добровольский. – Теперь ты знаешь, что мне есть с кем развлекаться кроме Куприяновой.

– Ну ты даешь, Валерия. – Возмущению мамы не было предела, и она даже забыла о том, что пьет не молоко, а чай. – Черт! Язык обожгла. – Чашка тут же была отставлена в сторону, точнее сказать, почти брошена.
– Как можно не рассказать о подобном?

– Можно, выходит, - очаровательно хлопая ресницами, пролепетала я.

– Лера, это не правильно. О существовании этого мальчика я узнаю только сейчас, не имея возможности поблагодарить его за …

Все это время, именуемое моим новым рождением, мама старалась обходить стороной случившееся, но иногда в разговоре этого было не избежать. В такие моменты ей всегда было сложно подбирать слова, я видела это. Вот и сейчас, она то вновь схватилась за чашку, то за блинчик, то встала из-за стола и зажгла плиту.

– За… помощь. А это, дорогая моя, должно было произойти давно. Я должна сказать ему «спасибо». Пригласи его как-то к нам на чай или на пиццу. Обещаю, не стану приставать к нему с неуместными разговорами. Мне просто нужно взглянуть в его глаза и сказать спасибо.

Мама сидела напротив, а в ее глазах я еще никогда в жизни не замечала такого количества счастья.

– Ма, я обязательно вас познакомлю, только чуть позже. – Обнадеживающе зачирикала я, приканчивая третий блин. – Я и сама-то его еще толком не знаю. Да, мы общаемся по переписке, но ведь этого, как мне кажется, для знакомства с родителями маловато.

– А что тут знать – он хороший парень, если не смог закрыть глаза, а вмешался иии… - Мама вновь продолжила жарить блинчики, резко соскочив со стула будто с той самой раскаленной сковороды.
– Это говорит о том, что он достойный человек, а этого более чем достаточно для нашего знакомства.

– Ма, обещаю познакомить тебя с хорошим человеком чуть позже. А пока, можно я сама с ним дознакомлюсь. Вдруг в реале у нас с ним не заладится?

Вообще-то, я бы с радостью ввела Женю в нашу семью, прекрасно представляя, как легко он нашел бы общий язык с папой; как мгновенно понравился бы маме; и как очаровал бы Андрюшу, но ПОКА, не могла так поступить. Для меня Женя ассоциировался с новой жизнью. Для мамы, боюсь, он, вопреки ее положительному настрою, своим появлением будет напоминать о… о… о том, о чем ей однозначно хочется забыть. Должно пройти немного больше времени. Да и в том, что я сама его плохо знаю, тоже есть доля правды.

– Что-то мне подсказывает, что человек, который заставил тебя субботним утром покинуть кровать раньше обеда, да еще с такой радостью, «в реале», как ты говоришь, превзойдет даже твои ожидания.

– Может быть, - кокетливо проговорила я. – Но, как говоришь ты – «поживем, увидим».

– Кстати, ты в самом деле идешь смотреть бой Матвея с этим Женей? – Я не могла не отметить, что в этом вопросе мамин голос звучал по-особому весело.

– Да, а что, ты имеешь что-то против?

– Нет, конечно. Это очень даже правильный поступок. Пусть твой Матвей видит, что ты не убиваешься, а продолжаешь жить, - сказать, что в этот момент мама была довольна – ничего не сказать.

– Я тоже так подумала.

Знать о том, что Плетнев «продолжил жить» немного раньше меня, маме было не обязательно. Да и о том, что я «собралась замуж» за этого Женю, тоже. Счастье мамы в эти минуты ничто не должно омрачать.

– Ладно. Твои блинчики, конечно, обалденные, но мне пора.

В знак благодарности за вкусный завтрак я встала на цыпочки и, дотянувшись до маминой щеки, нежно прикоснулась к ней губами.

– Обещай, что оденешься тепло. Простуда вам сейчас ни к чему.

Куда же без этого! Мама просто не могла упустить возможность позаботиться о своем ребенке, да и о моем, заодно.

– Ща, пойду, отыщу валенки и тулуп до пола. Может, еще что посоветуешь?

– Не смешно, Лера. – Лицо мамы превратилось в «лицо МАМЫ».
– Ты вот не знаешь, как тяжело лечить самую обычную простуду, когда нельзя глотать таблетки горстями, как ты любишь. А нужно народными средствами обходиться. Когда я тебя носила, два раза умудрилась простыть, так что знаю, о чем говорю.

– Ааа, тогда понятно, почему я по нескольку раз в году «пролеживаю» учебу дома, под одеялом.
– Пошутила я, но мама не оценила.

– Может быть. Но разве твоему ребенку нужно подобное счастье?

«А почему бы и нет? Дополнительные «каникулы» еще никому не помешали» - подумала я, но мысли остались мыслями.

Не желая затягивать нашу беседу до часовых масштабов, я обошлась простым:

– Хорошо, мамуля, обещаю на выходе показаться, чтоб ты заценила степень моей одетости.