Первым симптомом стало отсутствие следов сражений между разными кланами, которые до этого попадались ограм с завидной периодичностью, начиная с третьего дня операции, и полностью исчезли где-то к девятому. До этого гоблины, гноллы, орки и прочие дикие племена, поняв, что угодили в "мешок", и, убедившись, в бесполезности попыток идти на прорыв, начали активно ломиться в "центр круга" или просто от наступающих огров, круша и вырезая друг друга, как это и было принято всегда на болотах. Раненые, слабые и рабы бросались, чужаки умерщвлялись, припасы и оружие отбирались, и в итоге солидный процент работы за Харакала и его парней местные делали сами. Но потом это резко вдруг прекратилось.

Следующим стало то, что я за сутки потерял больше дюжины разведчиков возле аванпоста и на прилегающих территориях. А в ночь на одиннадцатый день, двинувшись на очередной сигнал наблюдательного "охранения", отряд моих гноллов угодил в засаду, потеряв восемь убитыми и шесть тяжелоранеными, легкие же "царапины" получили все без исключения. Ситуацию на этот раз спасло только багровое огненное инферно в моем исполнении, вовремя накрывшее позиции вражеских лучников. Тот факт, что среди убитых противников оказались разом и орки, и гоблины, и побратимы последних, причем все с метками и татуировками разных кланов, хорошего настроения мне не прибавили. Ведь это означало, что случилось самое неприятное - загнанные в ловушку "звери", вместо того, чтобы сцепиться друг другу в глотки, объединились против общего врага. А одного только страха для этого процесса было бы недостаточно. Для этого нужен был кто-то достаточно умный и сильный, чтобы суметь сплотить эту разношерстную орду своей монолитной волей в нечто единое и способное к организованному сопротивлению.

Даже в темноте было видно, что некогда брошенный аванпост уже не представляет собой ту развалюху, в которой прежде обитали огры. Дополнительно "нарощенные" стены и наскоро сооруженные баррикады из гнилых бревен и серых камней, были укреплены по верхнему краю плетенными и сыромятными щитами. Внутри уцелевших башен и во дворе "крепости" горели огни. На верхних площадках мелькали наблюдатели, а ветер доносил отчетливые запахи соответствующие большому варварскому лагерю - вонь испражнений и гарь сожженного мяса, опаленного на открытом огне костров.

Сегодня была ровно тринадцатая ночь, с того момента, как стартовала "Буря в стакане", и она же должна была стать кульминационной для моей первой стратегической операции подобного масштаба. Однако на пути у этого имелись солидные трудности. Первая пробная атака, предпринятая нами на закате силами гноллов, оставила меня еще без девяти солдат, не считая раненых. А все потому, что наравне со стрелами, смазанными, кстати, ядом по большей части, со стен этого импровизированного замка в моих ребят полетели еще молнии с огненными шарами. В общем, мои мрачные опасения полностью подтвердились, и радости я от этого не испытывал ни малейшей. В крепостце во главе почти трех сотен представителей самых различных рас засели цвет и краса варварского общества Атара - шаманы Проклятых Земель. Причем не меньше дюжины, из которых минимум парочка была в солидной "весовой" категории.

Сражаться с магами и шаманами мне прежде не приходилось, хотя несколько раз ограм и гноллам попадались какие-то любители помахать костяными погремушками да побить в кожаные бубны, но ничего стоящего эти эпилептики с их дергаными танцами собою не представляли. Здесь же ситуация была кардинально иной. Конечно, у меня были огры-штурмовики в зачарованной броне и с щитами, дополнительно укрепленными разными магическими печатями, в том числе и для защиты от магических атак, но кто знает, что выкинут эти заклинатели... Рисковать не хотелось. И поэтому я пока стянул в блокаду все свои немалые силы вокруг бывшего аванпоста и отправил после этого сообщение руководству с соответствующим вопросом.

Сидя на походном стуле и опершись локтем на рукоять меча, воткнутого лезвием в землю, я на все лады склонял варианты своих дальнейших действий, чтобы как в той присказке, и в воду не лезть, и рыбку съесть. Вокруг в темноте ходили и тихо переговаривались бойцы, расположившиеся на временный отдых. Пока, по всему выходило, что лезть нам придется в лобовую атаку, обходных путей к аванпосту не было. Я ведь и сам потому-то его и выбрал, когда только планировал операцию, что это были одни из немногих развалин, под которыми не было никаких подземных ходов.

Внезапное изменение в звуковом фоне заставило меня встрепенуться, а вслед за этим пришло ощущение мощного резонанса в "магическом эфире", идущего со стороны осажденного аванпоста. Спустя пару мгновений, уже вскочив на ноги и опрокинув табурет, я понял, что над вражеской крепостью внезапно повисла полная тишина. А затем, разрывая какие-то незримые слои материи, в небе над освещенными развалинами возник пепельно-серый силуэт, издавший леденящий душу вопль. Стоит ли говорить, что к этому моменту на ногах и в полной боевой готовности были уже все мои огры, гноллы и даже крысюки с полугоблинами, собравшиеся вокруг.

Полупрозрачная тварь с горящими алыми глазами распахнула свои огромные руки-крылья шириной не меньше десятка метров и описала над аванпостом неспешный круг, будто присматривая себе подходящую добычу. Я в это время лихорадочно соображал, что же именно сейчас передо мной, и есть ли в моем арсенале хоть что-то против подобного "подарочка". Меч, врученный мне Санадой, в теории, конечно, должен был быть способен причинить урон даже древнему призраку или иной высшей Нежити, но опробовать этот момент на практике, я как-то пока не удосужился. Между тем пепельный силуэт завершил свой облет и снова завис на прежнем месте, издав новый вопль.