– Этот спинагон уже поступил под мою ответственность! Вы не имеете никакого права просто придти и забрать того, кого вам захочется! От правильного функционирования моего учреждения зависит своевременная подготовка кадров для Бронзовой Цитадели! Срывать мою работу и работу моих людей - это не просто халатность! Это откровенная диверсия! Саботаж!

– Лучше держите свой язык за зубами, уважаемый мэтр. Пока они у вас есть, - с мягкой угрозой в звенящем голосе откликнулась гостья в ответ на последнее замечание.
– Если для вас исполнение указов, озвученных лично владыкой Диспатером и подтвержденных волей великого Асмодея, равнозначно саботажу, то, как следует истолковать действия тех, кто ставит желания одного из младших Лордов превыше правил, установленных еще несколько тысячелетий назад?

– У вас нет никаких весомых доказательств этому голословному обвинению, - замерев и набычившись, Тафор сверкнул алыми глазами исподлобья, но все же в его словах за напускной уверенностью чувствовалась легкая толика страха.

– Это было не обвинение, всего лишь вопрос, - в прежней манере промурлыкала гостья.

– Я все равно буду вынужден подать жалобы в Министерство Снабжения и Министерство Кадров, - заметно тише, но снова с вызовом прошипел барбазу.
– Я не оставлю подобную наглость просто так.

– Советую поторопиться. Моя хозяйка, мэтрэсс Шао-ши уже направила соответствующие запросы относительно действий абишаи Казграила в упомянутые вами учреждения, - несмотря на то, что я не видел лица девушки, у меня в этот момент возникло четкое ощущение, что она улыбнулась.
– И почему-то мне кажется, что ее обращения будут сразу же рассматриваться, как минимум, на уровне вторых заместителей Министров.

Тафор посмурнел окончательно и тяжело рухнул обратно в железное кресло. Усталый, злой и одновременно затравленный взгляд барбазу заметался по комнате, явно не желая фокусироваться на крылатой воительнице, и внезапно наткнулся на мою хитрую моську, торчащую в дверном проеме.

– Шванк, - просипел начальник Ржавого Двора.

– Вызвали, мэтр Тафор?
– один взмах крыльями, и я уже оказался в двух шагах от порога, вытянувшись по стойке смирно и преданно поедая глазами начальство.

Темноволосая эриния обернулась на мой голос, и мне оставалось лишь покрепче сжать челюсти, чтобы не закапать слюною пол. Если и было на свете что-то более близкое к понятию "дьявольская красота", то я уже вряд ли смог бы себе это что-то представить. Рубиновые глаза необычайного разреза с вытянутыми вертикальными зрачками и гладкая мраморная кожа девушки в сочетании с резкими, но при этом идеально симметричными чертами лица создавали у неподготовленного зрителя мужского пола эффект, сходный с ударом чугунной гирей из-за угла по голове. Кстати, несмотря на то, что в ходе занятия по ознакомлению с собственной физиологией, я к ужасу своему обнаружил у своего нового тела полное отсутствие первичных половых признаков, мыслить как представителю мужского пола мне это пока никак не мешало. И испытывать на некоторые вещи вполне "мужские" реакции, как только что выяснилось на практике, у меня получалось по-прежнему довольно неплохо.

Не слишком тонкие и не слишком пухлые губы цвета переспелой вишни растянулись в стороны, демонстрируя хищную улыбку, при виде которой удавились бы от зависти многие опереточные вампиры.

– Шванк, значит, да?

– Мэтрэсс, мое почтение, - я вежливо щелкнул хвостом и учтиво склонил свою голову.

– Это он, - недовольно прохрипел Тафор из высокого кресла, напоминая сейчас больше всего бесформенную темно-зеленую кучу тряпья в тяжелом железном окладе.
– Можете забирать немедленно при условии, что сразу после этого покинете Ржавый Двор.

– Может мне поверить, ваше общество не настолько прекрасно, чтобы задержать меня здесь дольше, чем мне потребуется для выполнения своей миссии, - не повернувшись в сторону барбазу, ответила эриния и продолжила исследовать взглядом мою скромную персону. Хорошо, что спинагоны не краснеют.
– Шванк, меня зовут Элине. Я - первый юстициар службы внешних призывов, главное управление Диса, Министерство Связей. Сегодня к нам в отдел поступила информация, что при твоем первичном распределении произошла непростительная ошибка. Учитывая результаты эмпатического обследования и общий психологический профиль, ты должен был быть направлен в распоряжение нашей службы, а не в это... училище, - Элине скривила свои прелестные губы и произнесла последнее слово с таким презрением, что даже самое изощренное ругательство не смогло бы сравниться с ним.

Со стороны Тафора раздался отчетливый скрип зубов. А я с удивленно-непонимающим видом повернулся к барбазу.

– Мэтр Тафор, неужели меня переводят от вас? Как же так?

– Приказы не обсуждаются, - буркнул бородатый баатезу.
– Лорд Диспатер распорядился, чтобы все новые духи, набранные теми вербовщиками, что числятся в подчиненных ему доменах, изначально получившие статус спинагона либо выше, немедленно направлялись в службу внешних призывов. Если их интеллектуальные способности и психологический профиль будут признаны подходящими для выполнения этой работы, - с явной неохотой уточнил Тафор под конец.

– Какая жалость, - мой грустный вздох сопровождал печальный взмах крыльями.
– А ведь я уже так рассчитывал набраться мудрости в этих стенах и получить путевку в новую жизнь из ваших рук. Но, - встрепенувшись, я снова широко улыбнулся, - во всем надо искать что-то хорошее! Пока я не ушел, подскажите, пожалуйста, где мне можно будет получить свою заработную плату за первую декаду службы?

Говорить о том, что общество Баатора было жестко структурированным, не приходилось. Абсолютно всё в нем, включая самые мельчайшие вопросы, было регламентировано до крайности. Разумеется, в таком социуме не могло не найтись места такому прекрасному воплощению алчности, как деньги. Богатство в Бааторе было для баатезу еще одним из оптимальных показателей своего статуса, наряду с властью и личной силой. И такова уж была воля владыки этого мира, что оплачиваться должна была любая, даже самая ничтожная служба того, кто уже считался полноценным демоном. В том числе в данную категорию попадало и мое пребывание на Ржавом Дворе.