Имею ведь я право ближайшим родственникам рассказать, раз уж так и так пол-Варшавы в курсе? Тем более теперь, когда мне грозит реальная опасность. Вдруг какие творческие предложения выдвинут…

Из творческих предложений выдвинуто было лишь одно: чтобы я не забывала включать сигнализацию в доме. Я неохотно пообещала. Уж очень не люблю я эту штуковину. Вечно забываю о ней, а эта дура как начнет вдруг орать, да так истошно, что у меня пару раз чуть инфаркт не приключился.

Витек сказал:

– А что касается слежки за нами, так думаю – не было ее. Мы ведь ехали дорогой, которую ты так не любишь, задами…

– Ага, по всем этим переулкам и закоулкам, – порадовалась я.

– Ну да, на магистралях сейчас пробки. И так едва-едва тащились. К тому же в одном месте разворачивался грузовик, мы-то проскочили, а вот сразу за нами затор образовался, так что ежели кто следил, он тоже там застрял.

– Молодцы, – похвалила я. – Но теперь он обязательно станет следить за Малгосей. Но я ведь уезжаю на будущей неделе, так пусть следит до упоения.

– Смотри, а вдруг вычислит твой новый адрес, – предостерегла меня племянница.

– И на здоровье, меня-то здесь уже не будет.

Малгося разглядывала оставленные Гурским фотографии подозреваемых.

– А может, это все-таки не он? Может, впрямь твой старинный знакомый из Австралии? И рвется с тобой пообщаться.

– Со знакомым и я не прочь пообщаться. Значит, так. Если он опять тебе позвонит или заявится самолично, пусть оставит свой телефон и представится честь по чести. А я договорюсь с ним о встрече – где-нибудь в людном месте. Думаю, он не такой дурак, чтобы убивать меня публично.

– Ага, убьет тебя украдкой – и пикнуть не успеешь, – припугнула меня племянница. – А если серьезно, то мы все будем немы как могила и никому ни словечка о твоем отъезде.

– Наоборот! – возразил Витек, вставая. – Станем направо и налево свистеть, что ты собираешься к теплому морю, в южные края. Скажем, в Болгарию. Ведь ни один нормальный человек не намылится на Балтику, когда холода на носу. Завтра же и начнем свистеть…

Идею эту я одобрила, и Витек с Малгосей ушли, хотя и весьма обеспокоенные.

Разумеется, обо всех этих неудачах убийцы инспектор Рейкееваген не имел ни малейшего представления. Хотя он и понимал, что преступник должен опасаться единственного свидетеля, видевшего его лицо, но о безопасности этого свидетеля инспектор беспокоился не слишком рьяно. Он понял, что убийца уверен в себе настолько, что вряд ли опасается, что его кто-то опознает. Да и сама свидетельница подтверждала такую точку зрения, поскольку из целой кипы снимков так и не выбрала фото человека из «мерседеса». Но инспектору и в голову не приходило, что убийца не сможет принять свой истинный облик, пока не избавится от угрозы в виде польской бабы.

Но вот мысль о камуфляже в голову инспектору приходила. Ведь это что получается? Получены фотографии всех людей, так или иначе связанных с покойницей. Преступник обязательно должен находиться среди них, но его там нет! Неужели кто-то со стороны? Да быть того не может. Наверняка убийца из окружения Нелтье ван Эйк, только выглядит сейчас как-то иначе.

Польские полицейские давно уже твердили, что, возможно, преступник меняет свою внешность с помощью уловок, которые в ходу у актерской братии. Сплошной грим! Решив проверить их гипотезу, инспектор надумал поставить эксперимент – над собственной женой. Он рассказал супруге о своей проблеме и спросил, а сможет ли та поменять свою внешность? Расходы, разумеется, за казенный счет. Жена пришла в полный восторг, заявив, что помимо немалой, суммы ей понадобится целый день.

Вернувшись на второй день домой, инспектор на пороге собственной кухни обнаружил какую-то постороннюю особу, лет на десять старше его матери. Старуха была безобразно толста, обладала длиннейшим носом-крюком, а вместо губ под носом пролегала тонкая щель. Ресниц у нее тоже не было, зато в избытке имелись нечесаные патлы грязно-серого цвета. С трудом проковыляв в прихожую, чудище сдернуло с инспектора пальто и повесило на вешалку. «Новая прислуга!» – с ужасом подумал инспектор, испуганно поздоровался и робко спросил, дома ли хозяйка.

Карга мотнула седыми космами, что, видимо, означало утвердительный ответ, и перепуганный насмерть супруг бросился искать жену. Обошел всю квартиру: гостиную, спальни, детскую, столовую, кабинет, заглянул в ванную – жены нигде не было. А тут еще эта старая ведьма ходила за ним по пятам и что-то зловеще бормотала.

Инспектор почувствовал, что больше не выдержит ее присутствия. Прекратив беготню, он развернулся к старухе и вежливо осведомился:

– Мог бы я получить чашку кофе?

– Мог бы, – ответила ведьма голосом его жены. – Сейчас принесу. Ты и в самом деле меня не узнал?