– Мы сделали то, ради чего собрались, - начал президент России, - но теперь перед нами стоит и не менее важный вопрос: почему анализ одной и той же речи оказался таким различным? Посмотрите, пожалуйста, на монитор.

Там участники Полного Состава увидели исходный код Программы.

– Сейчас наш специалист пояснит вам, что это.

Из-за компьютера вышел человек, который на протяжении всего выступления президента России находился за ним, и помогал российскому руководителю, выполняя разные поручения.

– Здравствуйте, уважаемые Руководители Государств! Для меня огромная честь сейчас стоять перед вами. На мониторе вы видите модуль Программы, отвечающий за иммунитет в ней американского президента. Собственно, таким модулем наделён каждый из вас. Благодаря этому модулю, как вы знаете, вам позволено выражать эмоциональное мнение по поводу тех или иных событий, что неизбежно при той нагрузке, которую вам приходится переносить, и при тех событиях, которые вас могут окружать, но недопустимо при руководящей должности. Обратите внимание на строчку под номером 13589. Это единственная строчка из десяти тысяч в модуле программы американского президента, отличающаяся от такой же у вас. Отличие вы можете видеть, а я вам могу сказать, что оно означает, в чём позже вам помогут разобраться ваши программисты. Ни одно слово американского президента, согласно этому алгоритму, не должно записываются в соответствующий файл памяти, как речи каждого из вас, но этот файл постоянно редактируется вручную. Посмотрите на место последней записи, где должна быть произнесённая речь американского президента, её здесь нет, а теперь посмотрите на запись говоримого чуть позже королём Лесото: речь американского президента один в один - она есть.

– Прошу прощения, - вмешался президент России, - я никак не могу понять, почему раньше никто не обращал внимания на высокую сложность, масштаб и составляющую Игры, а сейчас, мне кажется, никто не обращает внимания, как послушно одна за другой выскакивают нужные изображения, когда наш консультант посвящает нас в величайшую тайну, которой, быть может, чуть меньше ста лет? Ладно, продолжайте.

– Сейчас мы вам покажем, кто редактирует файл речей американского президента.

Половина монитора продолжала показывать последнюю запись речей американского президента, а вторая половина показала большое помещение, где располагалось человек тридцать.

– Эти люди расслабились, - улыбался консультант, - вот, посмотрите статью 18.3 их трудового договора, здесь написано, что они должны каждое поступающее слово американского президента тут же редактировать с учётом рекомендаций Программы, и размещать в соответствующем месте. Человек, чья вахта сейчас это делать, на ваших экранах, он пьёт кофе. Сейчас он увидит, что прозевал уже приличный кусок речей своего президента, но минут через пять мы уже увидим абсолютно другую версию той речи, которую сегодня слышали от него. И заметьте, никаких информационных блокировок! Со временем, те или иные куски настоящей речи в нашей памяти будут постепенно вытесняться кусками из этой надуманной. Процесс будет проходить аккуратно, Программа до чёртиков будет учитывать психо-интеллектуальную составляющую и память каждого индивидуума. И через двадцать лет мы все будем помнить, что американский президент тогда сказал то, что сейчас появится в файле его речей, а не то, что он сказал на самом деле. Это вы сможете увидеть в действии: когда и что уже делалось, и как это происходит сейчас. Когда вашим программистам станут доступны материалы, которые мы вам отправим, вы увидите весь этот механизм в своём умопомрачительном пилотаже.

В файл памяти речей американского президента загрузилась речь и последние его слова, но все прочитали совсем не то, что несколько минут назад слышали.

– Господин президент, - обратился к американскому руководителю президент России, - хотите что-то прямо сейчас сказать своему подчинённому, например, что он уволен за нарушение статьи 18.3 трудового договора? Это запись может появиться прямо сейчас у него на экране. Извините, продолжайте, - обратился он к своему помощнику.

– Я знаю, - продолжил консультант, - что произойдёт сегодня тут через пять минут, десять, пятнадцать. И сколько раз только не прокручивали мы эту сцену, я не увидел смысла в том, чтобы я выступил тут, что я должен тут что-то говорить. Может то, что я мечтаю сказать уже лет двадцать, необходимо должно будет дойти до какого-то определённого человека, который сейчас, или потом будет смотреть это моё выступление? Не знаю. А хотел я уже давно, с того времени, как понял, что кто-то или что-то усиленно пытается вбить клин разногласия между любыми двумя хорошими людьми, сказать следующее: вот вам и вся демократия. Извините меня, - обратился он уже в сторону своего президента, - за эту мою инициативу. Мне тяжело выступать перед такой высокой аудиторией, но вы же знаете, насколько моё выступление лишне.

– Спасибо, всё нормально, - улыбался президент России, - думаю, разберёмся.

Его помощник занял прежнее место у компьютера.

– Ну, уважаемые Граждане Мира, - обратился российский руководитель к Полному Составу, - прежде чем мы приступим к действиям, прошу высказываться.

– Опустим, - начал президент Франции, - тот факт, что происходящее похоже на мистификацию, как она и воспринимается, по крайней мере, мной. Допустим, что это окажется тем, что вы говорите. Но о каких действиях, скажите пожалуйста, может идти речь? Есть смысл изучить ваше открытие, а потом принимать решения. Разве нет?

– Мы сможем провести обычную для таких случаев процедуру, и пусть то, что вы узнали, не слишком повлияет на то, чтобы эту процедуру провести.

– А как вам такое? – сказал канцлер Германии. – Вы сейчас продемонстрировали инструмент, который может стать причиной величайшего зла и несчастий?

– Этот инструмент – зло не больше, чем зло, как таковое, вообще. И, как уж заведено, в руках злого человека он станет инструментом зла. Демонический склад ума во всём выделит своё демоническое. Но мы сделаем так, чтобы эти технологии вмиг стали доступны каждому жителю планеты. А в таком случае, добро победит зло. Немногим меньше ста лет назад люди всерьёз обеспокоились, что после себя оставят нам вместо земли большую свалку, и смогли не допустить этого. А сегодня мы беспокоились, что оставим тем, кто будет после нас вместо наших душ сгустки порочной энергии. Бес-по-ко-и-лись! Потому что теперь можно быть уверенными, что из гена в ген станет передаваться доброта, разум, прозорливость и справедливость. Если позволите, немного лирики. Теперь мы изменим Программу, чтобы люди были не просто культурные, но учтивые, не просто внимательны, но сострадательны. Только подумайте, теперь мы сможем ввести в Программу такие понятия, как уважение, дружба, любовь. Казалось бы, как? Всё дело в безграничной памяти биокомпьютера. Нет, конечно, она ограничена тем объёмом, который можно разместить на тех октиллиардах, нониллиардых и дециллиардах бактерий, которые проживают на каждом квадратном сантиметре нашей земли, не только на её поверхности, но и в глубине, и даже на околоземном пространстве, но по сравнению с тем объёмам информации, который мы могли собирать и хранить до этого момента, сегодняшние возможности безграничны. Работы предстоит так много, что представить себе трудно. Но теперь мы сможем переложить организацию и управление всем на самое совершенное разумное существо с самым высоким интеллектом и самой безупречной памятью – а не это ли было целью создания Программы? Если мы так сделаем… Впрочем, все эти эксперименты вы сами сможете провести в своих лабораториях и увидите, что есть хорошо, а что – плохо. Но сегодня, как никогда, не впадите в искушение думать, что мы в отличие от предыдущих поколений оседлали природу, что наш статус, в отличие от их в познании её сути, сколько-то изменился, что они были далеки, а мы-то теперь знаем, что достойно порицания, а что вознесения.

Уважаемые Граждане Мира, - продолжал российский руководитель, – давайте, если желающих выступить больше нет, сделаем следующее. Иногда, от случая к случаю, мы могли попросить Программу проанализировать речь кого-либо из нас, и выдать рекомендацию в отношении него. Я предлагаю сейчас провести эту процедуру с речью президента США. Сейчас мы попросим нашего программиста, - президент России сделал знак своему помощнику, - восстановить речи в файле памяти речей нашего американского коллеги за все его президентские сроки. Затем изменим его иммунитет в Программе с его американского на как у всех. После этого мы должны будем проголосовать за разрешение Программе провести состоятельный анализ последнего его выступления и выдать рекомендации. Я хочу вам напомнить и предупредить, что Программа не приступит к анализу, если мы получим хотя бы одного, кто будет против этой процедуры. О том, что Программа покажет степень искренности такого оппозиционера, думаю, напоминать не стоит. Вот только следует учитывать, что теперь всё будет честно, и, приняв это во внимание, иначе посмотреть на то, каким сконфуженным будет выглядеть этот оппозиционер в Программе, если когда-либо изменит свой взгляд на противоположный. Позвольте также напомнить, рекомендации Программы обязательны для исполнения. Уважаемые Граждане Мира, как вам известно, роль интуиции в истории принятий решений такого мирового масштаба, благодаря научным изысканиям и развитию цифровых технологий, медленно, но постоянно уменьшалась. Но сегодня мы будем принимать последней раз решение, участие нашей интуиции в котором больше пятидесяти процентов. Благодаря открытию космического кода и беокомпьютеру роль человеческой интуиции в управлении мировым порядком снизится, и очень существенно, история покажет насколько. Итак, уважаемые Граждане Мира, согласны ли вы запросить Программу провести анализ речи президента США – это первый вопрос. Согласны ли вы запросить Программу о рекомендации, исходя из этого анализа – это второй вопрос.