На журнальном столике ожил телефонный аппарат, своими заливистыми трелями заполонив всю квартиру. Я глянул на окно. Новых «сквозняков» в нем не прибавилось. Но, решив зря не рисковать, до телефона добрался по-звериному, на четвереньках. Со стороны, наверно, здорово смахивал на этакого респектабельного орангутанга в пижаме.

Но сразу и совсем непроизвольно выпрямился, услышав из телефонной трубки:

– Привет, Монах! Сейчас было лишь легкое предупреждение. В следующий раз шутить не станем и возьмем прицел на дюжину сантиметров ниже... Усвоил? Отдай чужое, и мы забудем про инцидент. Даем три дня на исправление. Живи пока что!

– Эй, в чем дело? – закричал я в трубку, но уже пошли тревожные гудки отбоя, показавшиеся мне сейчас натуральным похоронным маршем.

С детства не терплю разные кроссворды и ребусы. Но в данном случае крайне необходимо напрячь извилины и понять, чего от меня требовал недавний абонент.

Голос был явно незнакомый, с легким кавказским акцентом. Хотя он вполне мог быть просто хорошо видоизменен. В наше время даже специальные компактные аппаратики для этой цели продаются. Мудрилы японцы чего только не напридумывали! Все дело, по ходу, в их рационе питания. Они же одну рыбу едят, а в ней сплошной фосфор, очень пользительный для мозгов.

В словах о щедро выделенных мне трех сутках жизни не сомневался ни капли, но все одно опустил шторы на окнах от греха. Обжегшись на молоке, дуем на воду, как говорится. Зажег люстру под потолком и устроился в глубоком кресле у камин-бара.

Все же тяжела ты, шапка Мономаха! Монаха, то бишь. Надо семь пядей во лбу иметь с прицепом, чтобы вкуритъ, о каком таком «чужом» базарил тот тип, опираясь в качестве главного аргумента на снайперскую винтовку. Весьма, впрочем, убедительно, надо признать.

Хотел было по привычке пришпорить умственную деятельность доброй порцией алкоголя, но в последний момент передумал. Трезвая голова имеет больше шансов благополучно удержаться на плечах. Набрал номер Цыпы:

– Привет, это я. Давай мухой ко мне! И прими меры по плану «семь». Жду.

После этого краткого телефонного разговора немного взбодрился. Сейчас верный телохранитель, получив закодированный сигнал тревоги, сделает все возможное для обеспечения моей личной безопасности. Еще «будем посмотреть», кто кого первым пришьет! У нас тоже оптические аргументы имеются. Узнать бы только цель!

На противоположной от окна стене пулевая дырка заметных бед не сотворила. Там висел толстый ковер, и его длинно-густой ворс бесследно поглотил смертоносного птенчика, как океан поглощает метеоритных пришельцев. Будто и не было.

Стекольщика, правда, придется вызывать – никуда не денешься. Но надо прежде окончательно добить окошко. Не стану же я объясняться с работягой насчет специфического отверстия. Тот сдуру может проболтаться, что будет для меня совсем некстати. Незачем привлекать к своей скромной особе лишнее внимание органов, и так загруженных работой выше крыши. Личные проблемы я давно привык решать лично. И дешевле, и надежнее.

Вскоре появился встревоженный Цыпа.

– Вижу, дело серьезное! – обронил он, озабоченно глянув на плотно зашторенные окна. – Что случилось, Михалыч?

– Ничего особенного! – попытался я острить, чтобы снять тягостное напряжение, повисшее в комнате. – Кто-то очень любит устраивать сквозняки. Посмотри окно. Осторожненько.

Телохранитель зачем-то на цыпочках подкрался к окну и быстро глянул за штору.

– Дело дрянь! – присвистнул он. – Одно обнадеживает – шмаляли не из пулемета.

– И делает прямо счастливым, что не из гранатомета! – съязвил я, возвращаясь в свое кресло.

Плюнув на недавние благие намерения, щедро плеснул себе коньяку в пузатую рюмку.

Вычислив траекторию полета пули, Цыпа отогнул ковер и стал немилосердно терзать мою несчастную стену карманным ножиком, выковыривая оттуда свинцовый сувенир.

– Оставь в покое штукатурку. Не будь идиотом, – усмехнулся я, закусывая сочным мандарином. – Что ценного нам может дать пуля?

– Уже достал! – с довольной мордой обернулся Цыпа, демонстрируя сплющенный кусочек металла. – Пуля семь шестьдесят два в медной оболочке. По ходу, от винтовки Драгунова.

– Можешь смело в баллисты-криминалисты подаваться! Ладушки! Лучше расскажи, какие по «семерке» меры принял?

– Все тип-топ, Евген! Одна машина у твоего подъезда дежурит, другая патрулирует подходы. В каждой по четыре мальчика. У всех «тотоши» в наличии с запасными обоймами. Можно усилить огневую мощь «лимонками». Как считаешь?

– В войну играть собрался? Еще какую-нибудь гаубицу на балкон установить предложи! Или парочку минометов! Впрочем, по одному «Калашникову» на автомобиль не помешает. И пусть проверят чердак противоположного дома. По-моему, оттуда стреляли.