Исправить положение помог лишь третий бокал шампанского, поднятый за Новый Год, а последовавший за ним виски и вовсе развеял тревогу, приведя Максима во вполне благостное состояние, в котором он и пребывал вплоть до самого утра. Около половины второго ночи Леша ушел спать, а через полчаса его примеру последовала и Оксана, сказавшая, что перед дальней поездкой стоит немного отдохнуть. На вопрос, сколько он еще собирается сидеть перед телевизором, Карнакин ответил, что спать пока не хочет, но скоро обязательно присоединится к ней. Также он вызвался убрать всю посуду с праздничного стола, чем заслужил долгий глубокий поцелуй от благодарной жены.

На самом деле Максим вовсе не собирался спать. Его целью было воочию посмотреть, как будут происходить обещанные Силкиным перемены, когда он превратится в другого человека, жизнь которого не будет иметь ничего общего с предыдущей. До трех ночи он сидел за столом, безуспешно пытаясь найти в телевизионных каналах хоть какое-то разнообразие, а затем, загрузив посуду в посудомоечную машину, пошел в спальню, где включил планшет и, удобно устроившись рядом с женой, занялся просмотром интернета. Да, глаза периодически закрывались, но Максим крепился и все таки выдержал до шести утра, когда истерически заверещавший будильник разом согнал остатки сна.

– Что такое? Ты забыл выключить звонок?
– со сна не поняв, что происходит, Оксана резко села на кровати.
– А-а!
– она провела рукой по глазам.
– Что, уже пора вставать?

– Вероятно, - ответил Максим, вставая, чтобы выключить этот ужасный звук.
– Мы же едем в путешествие, да?

– Конечно! А почему такой вопрос?
– Оксана протянула руку, чтобы зажечь торшер.
– Ты что — не спал?

– Скорее, дремал.

– У тебя нездоровый вид. Ну ничего, на Карибах быстро поправишься!

– Да, - Максим бросил взгляд на чемоданы, стоявшие возле окна, - даже не верится, что уже через три часа самолет.

– Ага!
– Оксана широко зевнула.
– Давай, иди буди Лёшку, а я сейчас встаю. Ты обещал с посудой разобраться — надеюсь, не оставил мне такого новогоднего подарка?

Карнакин улыбнулся:

– Нет, милая, я же хороший! Всё собрал, всё сделал.

– Тогда я сразу оденусь в уличное, тем более что через сорок минут такси.

Оставив Оксану одеваться, Карнакин вышел в коридор и сразу поморщился от включившегося освещения.

– Как же так, - думал он, - Силкин говорил одно, а на самом деле ничего не меняется! Не в аэропорту же это произойдёт, в самом деле! Он же сам говорил, что ход времени повернуть нельзя, а нам вот-вот надо выезжать. А может быть у него шутки такие? Напился и решил устроить новогодний розыгрыш? Как же сложно жить, когда твоей жизнью распоряжаются другие...блин, что делать-то, а?!

– Лёха, подъем!
– подойдя к комнате сына, он несколько раз громко стукнул по двери костяшками пальцев.
– Вставай, поехали скорее на Барбадос!

– Доброе утро, пап!
– заспанным голосом ответил тот.
– Еще три минутки!

– Никаких минуток! Я выхожу из ванной, а ты уже стоишь возле неё в очереди! Всё, вставай, а то уедем без тебя!

Лёша вздохнул и, потянувшись, сел на кровати, свесив вниз голые ноги:

– Ладно-ладно, уговорил! Я, кстати, сумку вчера за пятнадцать минут собрал — у меня был заранее подготовлен список вещей!

– Молодец!
– похвалил его Максим.
– Так держать!

Перед тем, как пойти умыться, он снова заглянул в спальню - Оксана, уже одетая в джинсы и яркую цветастую кофту, стоя перед зеркалом с остервенением расчесывала непослушные волосы.

– Лёху разбудил, - сообщил он.
– Я сейчас побреюсь и положу свои бритвенные принадлежности в чемодан — там еще есть место или лучше в сумку?

В ответ она махнула рукой:

– Клади-клади! Места там предостаточно... да, и не закрывай потом — я положу еще косметичку.

Зайдя в ванную комнату, Карнакин наскоро побрился, принял душ, чтобы смыть сон и последствия недавнего праздника, а затем, вновь выйдя в коридор, тут же остановился как вкопанный, поразившись царящей в квартире тишине. Света нигде не было, все двери закрыты... уже начиная подозревать о том, что произошло, Карнакин подошел к двери спальни и, медленно открыв дверь, заглянул внутрь. Первое мгновение, еще не привыкнув к темноте, он видел лишь свет уличных фонарей, пробивающейся сквозь шторы, но затем общая картина прояснилась: Оксана мирно спала, от жары сбросив одеяло на его сторону кровати, а вместо чемоданов в комнате стоял небольшой низкий столик, уставленный разнообразными напитками и закусками.