— Ты успеешь немного отдохнуть перед матчем. Прошу тебя, сделай так, как я говорю! — не унималась Кэти. — У меня с собой мобильный телефон, Дэниел обещал позвонить, если поступят какие-то известия от врачей. Машина будет ждать тебя у стадиона, в любую минуту ты сможешь прервать встречу и поехать в больницу к Джеку.

— Хорошо, я согласна…

Журналисты не сумели установить адрес их временного пристанища в Уимблдоне, и ей удалось спокойно полежать. Но сон упорно не шел. Отдохнув, Мелисса спустилась вниз, выпила стакан молока и уселась перед телевизором. Комментатор, ведущий репортаж со стадиона, рассказывал о несчастье, случившемся с Джеком и Лайзой. Упомянул он и о решении Мелиссы выйти в два часа дня на корт, назвав его «сенсационным».

Ник, тоже смотревший в это время эту программу, вздрогнул, отказываясь верить своим ушам.

— А честолюбия ей не занимать, верно? — воскликнул Куп с нескрываемым осуждением, обернувшись к другу.

— Кому ты об этом говоришь! — усмехнулся Ник. Ему так и не удалось до сих пор понять, чем Мелисса руководствуется в своих неожиданных поступках.

Мелисса вышла на корт в состоянии транса. Ее соперница — англичанка Мэнди Лейн — появилась спустя минуту. Трибуны встретили их жидкими аплодисментами.

— У нее совсем нет сердца! — проворчала одна из болельщиц, доставая из сумки корзинку с клубникой и протягивая ее соседке. — Угощайтесь! Я купила ягоды утром на рынке, здесь, на кортах, за них дерут немыслимую цену!

— Благодарю! — обрадовалась та, и обе принялись усердно жевать, наблюдая, как разминаются спортсменки.

Наконец арбитр на вышке объявил начало игры.

В этом матче, первом в Уимблдонском турнире для Мэнди Лейн, ей выпало и подавать первой. Она сильно нервничала и била по мячу осторожно, что в нормальной ситуации неминуемо обернулось бы для нее проигрышем гейма. Но сегодня Мелисса сама чувствовала себя неуверенно, поэтому дважды посылала мяч на приеме подачи в сетку и еще два раза — за пределы площадки. Для неопытной Мэнди это стало неожиданной удачей.

Плюхнувшись в перерыве на стул, Мелисса с отчаянием посмотрела на трибуну для спортсменов. Сейчас одна лишь Кэти переживала там за нее, хотя и старалась не выказывать своего волнения. Мелиссе вдруг явственно вспомнилась ее победа над Карлоттой Мендосой, одержанная два года назад на этом же корте. Но тогда ее поддерживали родители, Ник и Джек. Сможет ли брат снова когда-нибудь прийти на стадион и посмотреть ее игру? Будет ли он, как прежде, давать ей советы? Слезы навернулись у Мелиссы на глаза, и она поспешно закрыла лицо полотенцем. Однако внимательные зрители все же успели заметить ее минутную слабость, по рядам пробежал ропот сочувствия.

— Бедняжка! Как она расстроена из-за брата! — воскликнула та же дама, которая совсем недавно обвиняла Мелиссу в бессердечии.

Кэти молилась, чтобы ее подопечная сумела взять себя в руки. Она действительно почти верила, что от этого каким-то таинственным образом зависит судьба Джека.

— Время! — напомнил судья на вышке.

Погруженная в свои мысли, Мелисса не расслышала его. Мэнди вышла на корт одна, растерянно оглянувшись на соперницу.

— Время! — строже повторил арбитр и, отключив микрофон, спросил у Мелиссы: — Вы в состоянии продолжать игру?

Вопрос его прозвучал чересчур тихо и потому остался без ответа. Судья посмотрел на часы, вздохнул украдкой и неохотно включил микрофон:

— Предупреждение мисс Фаррелл за нарушение правил поведения участников турнира — неоправданную задержку.

Зрители возмущенно зашумели.

— Ублюдок! — крикнул кто-то с трибуны.

Мелисса очнулась и с удивлением оглянулась по сторонам.

— Вы можете играть? — вновь спросил арбитр.

На этот раз Мелисса утвердительно кивнула в ответ и, передернув плечами, выбежала на корт. У Кэти вырвался вздох облегчения.

Мелисса вкладывала в каждый удар все накопившееся в ней отчаяние, она лупила ракеткой по мячу с такой силой, словно была виновата в случившемся с братом несчастье. Не прошло и часа, как она победила с убедительным счетом 6:1, 6:1. Телекомментатор заметил в связи с этим, что зрители стали свидетелями исключительного профессионализма и мужества английской спортсменки.

Быстро приняв душ и переодевшись, Мелисса вышла из клуба в окружении охранников и, не обращая внимания на репортеров и болельщиков, села в автомобиль.

— Я звонила в больницу, там пока без изменений, — сообщила ей Кэти.

Закусив нижнюю губу, Мелисса промолчала.

Возле входа в больницу их поджидали журналисты.

— Как чувствует себя Джек? — спросил у нее кто-то из них.

— Чем быстрее вы уйдете с моего пути, тем скорее я выясню это! — рявкнула на него Мелисса, закрывая ладонью глаза от вспышек.

Возле двери отделения интенсивной терапии на стуле сидел Эйс. Врач разговаривал в палате с Розой и Дэниелом. Мелисса принялась взволнованно расхаживать по коридору. Эйс с раздражением воскликнул: