Лялин сидел, будто придавленный чем-то тяжёлым к стулу. Судьба, кажется, разводила его с Оленькой. "Прости, меня, моя лю.." - только и успел подумать Лялин, как его перебил начальник бюро:

– Хотите таблетку валидола?

– Спасибо, нет. Со мной всё в порядке, - ответил Лялин.

* * *

Мрачный прогноз Лялина насчёт "сплошного пьянства и б..." в двухдневном доме отдыха оправдался на двести процентов. Едва вереница из десяти громадных автобусов отъехала от второй заводской проходной, как началось безудержное пьянство: пили все одинаково много, без различия возраста, пола и занимаемой должности.

Мастер Петров всё время держался подчёркнуто рядом с Лялиным. И в автобусе они сидели рядом. С задних рядов приплыла непочатая бутылка водки.

– О!
– будто удивился мастер.
– Будете из горла?

– Можно, - равнодушно согласился Лялин, считавший, что терять ему уже нечего.

– Есть предложение: сразу перейти на "ты".

– Почему бы и нет, мне без разницы, - опять согласился Лялин, стараясь погасить раздражение к Петрову, явно набивавшемуся к нему в друзья. Людей, домогавшихся его расположения, Лялин необъяснимо презирал.

Открыв зубами пробку, Мастер Петров предложил:

– Пей первым.

Лялин сделал небольшой глоток и вернул бутылку.

– И-эх!
– залихватски крикнул Петров и одним махом ополовинил бутылку.

После небольшого молчания Петров сказал:

– Вот, смотрю на тебя, Лялин Егор, и не пойму: странный ты какой-то. Никак не могу раскусить тебя, в смысле понять.

– А что такое?

– Ну, как же - вроде ты из обыкновенной, рабочей семьи, а рабочей косточки в тебе нет ни грамма. И смотришь на меня, как будто изучаешь. Слушай, ты, случайно, не американский шпион?
– сказал мастер и уставился на Лялина.

Не отводя глаз, Лялин на ощупь дотянулся до недопитой мастером бутылки водки и влил в себя всё содержимое, ни разу при этом не моргнув.

– Вот это да!
– восхитился Петров, тем не менее, продолжая буравить Лялина.

– Ерунда, для меня это семечки. Значит, ты считаешь, что я американский шпион?

– Вроде того.

– Ты не прав, - сказал Лялин, обтерев губы рукой, - я не американский шпион, а ... английский!

После чего, забыв о времени, они гипнотизировали друг друга, будто вычисляя долю шутки в сказанном, пока оба не рассмеялись. Они хохотали долго, до боли в животе, до слёз, не находя в себе сил остановиться. Трясясь всем телом, мастер делал попытки спросить что-то ещё, но только задыхался, хрипел и, прося пощады, махал обеими руками. Первым успокоился Лялин.

Через некоторое время пришёл в норму мастер.

– Вот это - да! Давненько я так не смеялся!
– сказал он, вытирая слёзы.
– Что это такое было?

– Не знаю, должно быть - нервная разрядка.

На задних рядах автобуса затянули:

Выходила на берег Катюша,

Выходила на берег крутой!

Мастер Петров обнял Лялина за плечи и, не договариваясь, они дружно выкрикнули:

– Эх!- и уже вместе со всеми подхватили:

Выходила песню заводила,

Про того, которого любила,

Про того, чьи письма берегла!

Часть 5. Битва с бабами из кузовного цеха

Судя по безразличию, с которым обслуживающий персонал дома отдыха взирал на бессмысленные круговые хождения гостей, сопровождаемые дикими криками и пьяными разговорами, густо замешанными на мате, с истерическим хохотом и хлопаньем дверями, это расселение по комнатам ничем не отличалось от сотни предыдущих.

Лялина поселили вместе с мастером Петровым в двухместном номере. Из автобуса к ним был перенесён и спрятан под кроватью "бригадный стратегический запас" - три ящика водки. Не успел Лялин, как следует, осмотреться, как позвали на ужин.

Еда была обильной, но не вкусной. Из столовой отдыхающие сразу потянулись на дискотеку, устроенную в фойе перед баром и откуда слышался грохот музыки. Чувствовалось, что народ хорошо знал порядки. Лядин попытался улизнуть к себе в номер - отдохнуть немного, но мастер Петров его остановил:

– Чудило! Времени и так в обрез! Дома выспишься! Сейчас здесь такое начнётся - туши свет!
– И увлёк Лялина на середину площадки.

Некоторое время Лялин танцевал в паре с Петровым. Затем к ним присоединилась целая группа сильно крашеных девиц. Когда включили пульсирующий свет, Лялин перестал понимать - то ли он танцует с одной девушкой, то ли с разными. Неизвестно, каким образом в руках Лялина, вдруг, оказалась бутылка водки. Не рассуждая, он сделал несколько глотков и бутылка, будто сама собой, растворилась в темноте.

Перед глазами Лялина, как в ускоренном калейдоскопе, замелькали разные лица. В конце концов, ему это надоело.

– Отошли все на ...!
– Махнул рукой Лялин и продолжил танец в одиночку.

Он пытался изобразить цыганский танец. В такт музыке Лялин старательно задирал ноги и сильно бил по ним ладонями, повторяя:

– Вот, как надо, Абрамов! Вот, как надо, Абрамов!

И только одна мысль беспокоила его - почему никто не восхищается его умением танцевать? Неужели, никто не видит, как он ловко выворачивает ноги и изящно колотит руками?