– Все, мое терпение кончилось. Или ты садишься в машину, или я, кончаю с Селестой. Раз, два...

– Я сажусь, сажусь!
– говорит малышка обреченно.
– Но как же я без именито?

Девочка садится на заднее сиденье, рядом с только что пришедшей в себя Селестой. Ядина кладет в ладонь Селесты пистолет, который незаметно вытащила у Благбраня. Селеста шепчет девочке, не открывая глаз:

– Я все слышала. Спасибо тебе. Не подавай вида, что слышишь меня! И хоть я не все поняла из того, что ты говорила, постараюсь тебе помочь. А ты братик мой, якобы бы сводный, держись теперь! Вот только приду в себя!

Автомобиль едет очень быстро. Мужчина боится, что пропажа девочки обнаружиться и за ними пошлют погоню.

Ворона пытается догнать машину, но занятая погоней, теряет бдительность и падает, сраженная бутылкой, вылетевшей из какой-то встречной машины. Ядина рыдает от ужаса

– Я хочу домой. Зачем вы меня увозите? Вечером придет папа, он будет думать, что я вот-вот вернусь. А моя мама? А мой братик... Отпустите меня. Зачем я вам нужна? У меня же еще даже имени нет...

– Если ты еще, хоть раз, заикнешься о своем имени, я прирежу вас обоих, тебя и Селесту. Вруша маленькая. Как же это у тебя нет имени? Ты же сама назвалась нам, когда подошла к кустам. Имя такое... Ну, это...

Змею напоминает. Змеина, что ли?

Ядина от волнения снова начинает тараторить:

– Ядина. Но это не мое имя. Это имя присвоили всем девочкам, нашего,1 «Я» класса. А в параллельном, 1 «Р» классе, все девочки стали носить имя Ромашка. Потому, что ромашки тоже входят в состав многих лекарств. А наше имя, имя девочек 1 «Я» Ядина - от слова Яд.

– Все, хватит! Больше не могу. Яды, змеи, ромашки... Самое главное, что ты можешь лечить, это я видел своими глазами. Тут меня не обдуришь. А имя... Имя я тебе сам придумаю!

Ядина успокаивается и польщенно, но с недоверием говорит

– Как же так? Нет. Так нельзя.

Вы же не лекарь-наставник. А, я догадалась! Вам нужно вылечить кого-то неизлечимо больного, поэтому вы меня и увезли и даже имя дать обещаете...
– всхлипывает от облегчения и надежды, - но вы не понимаете, что я знаю не так уж много, - краснеет, вспомнив вчерашний день, - я вчера по анатомии получила тройку, а по географии лекарственных растений, двойку. Нет, вы не думайте, я не двоечница, это только вчера, но… Для вашего неизлечимо больного вам нужна ученица 9 или 10 класса. А то и сам лекарь-наставник.

– Лекарь-наставник, говоришь? Или ученица 9 класса?

– Или десятого!

Благбрань сбрасывает скорость:

– А ты, знаешь хоть одну девочку из 10 класса? Разве они на вас, малявок, обращают внимание?

– Конечно, нет. Но рядом с нашим домом живет семья моей подружки Белладонны. Вот у нее и есть сестра Пчелина, она учиться в 10 классе.

Благбрань останавливается у обочины

– А, как ты объяснишь, этой, фу, Пчелине...

Ну и имена у вас, шипящие, жалящие! Как ты объяснишь этой девушке, зачем ей надо садиться в машину неизвестного мужчины и ехать неведомо куда?

– Так и объясню, что надо ехать к неизлечимо больному! А что, разве это неправда?

Благбрань недоуменно смотрит на девочку, но потом, собравшись с мыслями, все же отвечает ей, одновременно просчитывая что-то в уме.

– Да, правда, правда. И она поедет?

– Конечно. Белладонна говорила, что скоро у сестры выпускные экзамены, а это значит...

– Это значит, что надо разворачиваться и ехать назад. Как твой город-то называется?

– Какой город?

– Да твой, твой! В котором ты живешь!

– Вы хотите сказать квартал? Да? Квартал лекарей!

– Да у меня уже уши болят от твоего квартала лекарей, - кричит Благбрань, снова закипая, как самовар, - я спрашиваю тебя про город, про город, в котором находится твой квартал!

– Я...Я не знаю. Нам не разрешают уходить из квартала в Город. Вот, Дурман пошел в Город и вылечил задавленную собаку. А лекарь-наставник…

– Все, стоп! Не надо про наставника. Я тебя спрашиваю, тупая девчонка, как называется город, в котором ты живешь. Ты слышишь, название...

– Я не тупая, - возмущенно кричит маленькая врачевательница, - это Белена тупая, а я...

– Что Белена, какая еще Белена, да я тебя сейчас...

Услышав, что разговор почти дошел до критической точки, Селеста решает, что настала пора вмешаться. Она пытается сесть вертикально, но со стоном сползает вниз:

– Оставь ребенка в покое, ты разве не видишь, что она еще совсем маленькая! Сколько тебе малышка лет?

– Неделю назад исполнилось пять лет.

Гордость захлестывает девочку, да так сильно, что она на несколько минут забывает, где она и что с ней случилось.