– Алиса, спасибо вам огромное за все, - бодренько начал Никита, - Леша позвонил, сказал, что они уже приехали, так что, я ухожу.
– А торопится-то как, торопится!

– Я вам открою, - дернулась я, видя, что он потянулся к замку, - не трогайте!

– Да справлюсь, - все. Никто никуда не идет ближайшие два дня. Об этом я и сообщила.

– Не понял, - нахмурился он.

– Я ж говорила, не трогайте.
– Я вдумчиво изучила дверь.
– Замок дурной. Сломался, теперь его изнутри открыть нельзя.

– Как?! Да не может быть! Сейчас я посмотрю, - Никита начал ковырять замок, а я, покачав головой, пошла звонить Сереге.

Никита пришел в кухню минут через десять. Я успела помыть посуду, убрать со стола и достать мясо из морозилки. Воплощение отчаяние село на стул и обхватило голову руками. Я заинтересовано на него глянула.

– Надо МЧС вызвать!
– озарило его. Я поморщилась.

– МЧС уже здесь. Оставайтесь на своих местах, пожалуйста, - машинально отозвалась я.

– В смысле?
– не понял Никита.

– В прямом. Я посторонним людям свою дверь не доверю. Она мне нравится, и стоит дорого.

– А как мы отсюда выйдем?
– с интересом спросил Никита.
– Вернее, когда?

– Послезавтра утром. Если вас это не устраивает - могу спустить вас на поясе.

– На каком поясе?
– растерялся он.

– Альпинистское снаряжение.

– Четвертый этаж!
– возмутился Никита.

– Ну, вам если не сидится, что я сделаю!
– парировала я.

– Блин, да что ж за день такой!

– Тяжелый?
– с сочувствием спросила я. Никита смерил меня гневным взглядом и вылетел из кухни. Я услышала, как он вызывает МЧС, и покачала головой.

Приехали. Я подошла к двери, когда постучали.

– Михалыч, ты там?
– весело крикнула я.

– О, Алиска! Ты там застряла, что ли?
– добродушно удивился бывший коллега.

– Да не я, торопыга один. Михалыч, не трогай дверь мою, - попросила я.

– Да не трону, что ты, - хохотнул Михалыч.
– Тут парни мои на ее фоне фотографируются.

– Эй, десять баксов, - заволновалась я. Дружный жеребячий хохот с той стороны дал понять, что взаимопонимание достигнуто.
– Михалыч, короче, у нас замок заглючил, он болеет, ему плохо, не трогайте его. Послезавтра подруга приедет, откроет снаружи прекрасно.

– Алиса, а нельзя как-то аккуратно открыть?
– взвился Никита. Я вздохнула.

– Михалыч, слышал?

– Слышал, слышал. Аккуратно - не получится.

– Ага. Так, тогда давайте его с крыши заберите, раз ему так срочно меня покинуть хочется. Пояс есть у меня.

– Не вопрос, Алиска!

– Алиса, а давайте, его заберем, а я к вам!
– молодой веселый голос из-за двери.

– Сынок, я тебя лет на десть старше, ты уверен, что хочешь меня?
– уточнила я. Конский ржач в ответ. Никита свирепо на меня смотрит.

– Я не буду изображать Человека-Паука, - твердо сказал Никита, сунул под вешалку папку, снял ветровку.

– Михалыч, отбой. Он не хочет быть Человеком-Пауком, - оповестила я. Бригада с гоготом и шутками уехала.
– Ну, располагайтесь, - предложила я.

– Вы очень любезны,- язвительно отозвался Никита.

– Экскурсия. Желаете?

– Желаю, - все никак не успокоится.

– Зал. Спальня. Моя. Вот ваша. На обед рассольник и котлеты. Телевизор и компьютер в вашем распоряжении.

– А вы?
– ой, кажется, кто-то решил поиграть со мной в кошки-мышки, какая прелесть. Я ласково улыбнулась.

– Если будет на то ваше желание, - и удалилась на кухню.

Пришел через час. Я успела позвонить Милке, Сереге и сварить рассольник. Уселся за столом и пожаловался:

– Семьдесят каналов нечего смотреть!

– Кошмар, - посочувствовала я.
– Вам скучно?

– Очень. Может, вы меня развлечете?