– Не слышишь...

Ми Ш эн слез с кровати, схватил за плечо Сюэ Ц яо и бросил в окно грубо вырванный гребень.

– Вот так: в самый раз для дешевки, – взлохматив ей пряди, он грубо свалял их в уродливый ком на затылке. – Не смей свои лохмы чесать. Будешь так соблазнять недоноска.

У входа на кухню с невзрачной копною всклокоченных черных волос Сюэ Ц яо трепала пучки сельдерея. Как небо в дождливый сезон, было застлано сердце её грозовыми тяжелыми тучами. Чтоб ты загнулся, урод колченогий!

– Зачем же расческу в окошко бросать?

Лишь теперь Сюэ Ц яо заметила, что перед ней, может статься изрядное время, недвижно стоит Бао Ю. Протянув Сюэ Ц яо расческу, он, только она потянулась за гребнем, отвел свою руку, чтоб несколько раз провести гребешком по своим волосам:

– Она нравится мне.

Сюэ Ц яо, потупившись, вновь принял ась за работу.

– Коль нравиться, можешь забрать.

Баю Ю, усмехнувшись, отправил расческу в карман.

– Никогда ничего я у женщин не брал просто так, – он извлек из кармана зеленый браслет, водрузив на пучок сельдерея. – Дарю. Только им ни единого слова. Уеду, тогда надевай.

Оглянувшись вокруг, Сюэ Ц яо с полоской румянца на бледных щеках поскорее накрыла подарок пучком свежей зелени:

– Я понимаю. С какого рожна им докладывать?

Вспыхнув над улицей Каменщиков, солнце вмиг иссушило последние капли дождя, сделав воздух горячим и липким. Из зала послышалась первая брань покупателей.

– Темный же рис! – верещал женский голос. – Осталось гнилье от черт знает которой династии. Крысы и те жрать не станут. Чем дальше, тем хуже!!

На шум из покоя во двор заявилась Ци Юнь, вдруг увидев у входа на кухню невестку с племянником: он подбоченясь стоял, та сидела. Ци Юнь насторожено смерила парочку взглядом:

– Никак собирался чего-то купить, Бао Ю? Поспешил бы туда и обратно. Не думай, что солнце. В любое мгновенье пойдет чертов дождь.

Бао Ючто-то буркнул в ответ, проводив взглядом тощую спину Ци Юнь, пока та не исчезла за пестрой дверной занавеской.

– Айда со мной в город. Заморской едой угощу, – подмигнул Бао ЮСюэ Ц яо. – В кино забежим, прогуляемся в парке. С красивою барышней страсть как люблю поболтать.

– Мне еще с сельдереем возиться.

– Боишься, – с улыбкой на тонких губах Бао Юнаблюдал, как листок за листком сельдерей выпадает из рук Сюэ Ц яо. – Боишься Ми Ш эн’а? С кривой-то ногой?

Сюэ Ц яо кивнула в ответ, но затем, покачав головой, подхватила наполненную сельдереем корзину и скрылась на кухне, захлопнув скрипучую дверь перед носом у остолбеневшего гостя.

– Ми Ш эн встает поздно, – расслышал он шепот с другой стороны. – И в амбар рано утром никто не заходит.

Сжимая сандалии в потных руках, Сюэ Ц яо как тень проскользнула в объятое мраком хранилище. В позе бесстрастного духа её ожидал на сверкающей куче зерна Бао Ю.

Сюэ Ц яо, едва не теряя сознанье, с трудом взобралась на вершину. Дыханье её, как и сонм перепутанных мыслей и чувств, было частым и сбивчивым, словно на смертном одр е. Задыхаясь, она провела непослушными пальцами по гладковыбритым жестким щекам Бао Юи бессильно упала к нему на колени.

– Быстрее! Пока не увидели, – перед лицом Бао Ютрепетали агатово-черные нити волос, беспорядочно выбившихся из тугого пучка на затылке. – Мне д осмерти боязно.

– Не торопись. В этом деле не нужно спешить, – Бао Юмягко шлёпнул её по широкому заду. – Занятно. Приехал великое дело вершить, пустяки руки-ноги опутали.

Тело его источало холодный лекарственный дух:

– Блуд на рисовой куче. И вправду забавно.

– Быстрее! И хватит болтать. Я не знаю, чего у них больше: в ушах остроты или яду в глазах, – Сюэ Ц яо, обняв Бао Ю, захлебнулась в рыданьях. – Быстрее. Мне страшно. Сейчас сердце выпрыгнет.