Беннетт понял, что его волнует.

– Лилли сказала – пока не оборвалась связь, – что ей удалось заблокировать управление, чтобы ворота оставались открытыми. Насколько понимаю, сэр, противнику придется повозиться, прежде чем они смогут их закрыть.

– Ясно. Спасибо, Беннетт.

Дикстер обхватил голову ладонями, потер лоб.

– Больше от вас ничего не зависит, сэр. Может, посидите, а я принесу вам чашечку кофе? Автомат в том углу еще работает.

– Он прав, Джон, – сказала Мейгри, выходя из-за его спины. Она прислонилась щекой к плечу Дикстера. – Пойдем, присядем.

Большинство наемников толпились у окна. Некоторые присели отдохнуть, радуясь передышке и зная, что продлится она недолго.

Мейгри принесла два металлических столика и поставила их рядом. Выбравшись из громоздкого комбинезона, она бросила его на палубу и села на сиденье, прикрепленное к столу. Дикстер последовал ее примеру.

– Выглядишь ужасно, – жизнерадостно сказала она.

– А ты – еще хуже, – откликнулся Дикстер, убирая с ее лица прядь светлых волос. – Ты вся в крови. Ранена?

– Кровь не моя. – Мейгри потерла лицо рукой и безмятежно поглядела на пальцы.

– Кого-то, кого я знаю?

Она улыбнулась, покачала головой.

– Не выдавай желаемое за действительное. Командующий жив и сейчас раздумывает о судьбе своего корабля.

Вид у Дикстера был мрачный.

– Значит, мы пережили все это, чтобы нас уничтожили коразианцы?

– Нет. Саган может проиграть сражение, но войну он собирается выиграть. Он хочет использовать старинный прием: подогнать «Феникс» вплотную к коразианскому кораблю и взорвать вместе с ним.

Беннетт принес кофе.

– Все космопланы благополучно вышли, сэр. Дикстер улыбнулся; в его потухших темных глазах мелькнул огонек. Наемники вокруг оживились.

– Я слышал, миледи, что вы проголодались, – добавил адьютант, выкладывая перед Мейгри несколько пакетиков, завернутых в фольгу. – Боюсь, это все, что удалось найти.

– Благодарю вас! – пылко сказала Мейгри, разрывая фольгу и открывая застывшую массу чего-то, казавшегося совершенно несъедобным. Она фыркнула, поморщилась. – Овощные палочки. Ну, ладно. Хочешь?

– Нет, – торопливо ответил Дикстер. – Я как-то-целый год ими питался. Когда был в бегах.

Мейгри откусила, пожевала, проглотила, ее взгляд скользнул по собравшимся в помещении. Она со вздохом покачала головой.

– Я... я чувствую свою вину.

Дикстер взял ее руки в свои.

– Ты не виновата, Мейгри. Мои люди решили все сами. Мы сделали то, для чего пришли: разбили коразианцев. Ты нас предупредила о предательстве Сагана, и мы были к этому готовы. Поэтому-то мы так долго и продержались. Не думаю, – добавил он с улыбкой, потягивая кофе, – что ты заскочила к нам только перекусить. Что тебе нужно? Космоплан? Опять ты меня покидаешь?

Алый румянец покрыл бледные щеки Мейгри; шрам побелел, а руки задрожали.

– Я хотела бы остаться! Если бы это зависело от меня, я осталась бы с тобой и сражалась бы с ним, пока... пока... – Она стиснула пальцы, впившись ногтями ему в руку. – Но я не могу! Я кое-что узнала насчет... – Она украдкой оглянулась по сторонам. – Насчет... того, о чем мыс тобой говорили на Вэнджелисе.

Дикстер встревожился. Резче выделились складки на его обветренном лице. Придвинувшись поближе, он спросил вполголоса:

– Оме?

– Да, – кивнула она. – Думаю, есть возможность... управиться с этим делом. Но я должна сделать это сама. И как можно скорее! Поэтому я не могу... не могу...

Мейгри опустила голову и приложила щеку со шрамом к его руке. Он ощутил, как по его пальцам стекают слезы. Он погладил ее волосы, убрал в сторону выбившуюся из косы прядь. Палуба дрогнула от взрыва. Все подняли головы, привстали.

– Боюсь, перерыв закончился, – заметил Дикстер, доставая из кармана платок и протягивая его Мейгри.

Она вытерла с лица слезы и кровь и сказала сухим, отрывистым голосом.

– Мне нужен космоплан. Целый. На котором я смогу... улететь туда, куда мне нужно.

– Такие есть только на «Дельте». А там, как я слышал, идет ожесточенный бой.

Мейгри не обратила внимания на его слова.

– А Дайен? Ты его видел? Я надеялась, что застану его у тебя.

– Да, я его видел. Он возглавляет штурм на «Дельте».

– Что? Джон Дикстер, ты с ума сошел?

Генерал поднял руки, загораживаясь от гневного взгляда ее серых глаз.