– - Да, господин Гаев, -- кивнула девочка. С самого начала она упорно отказывалась называть Райна отцом. Он ожидал, что после того, как Ванесса приняла Вию в качестве матери, в отношении его собственного статуса тоже наступит перемена -- но нет, ни в малейшей степени. Даже наоборот: если раньше девочка обращалась к нему на "ты", то теперь начатки светского воспитания взяли вверх, и "ты" сменилось почтительным "вы". Ладно еще на игиле разница не слышна...

На игиле Ванесса говорила уже довольно бегло: сказывалось общение с охранниками и слугами Хендриксона. Но все равно Райн предпочитал общаться с нею пока на арейском.

– - Я видела сон сегодня, -- начал ребенок очень неуверенно.

– - Да? -- подбодрил ее Райн. -- А маме ты рассказала?

– - Нет, пока не рассказала... -- Ванесса вскинула на Райна ярко-синие, сапфировые глаза -- то-то они сердец разобьют, когда она вырастет! -- Я видела, как вы подобрали для меня ожерелье. Уже давно.

– - Вот как? -- Райн почувствовал, как сердце у него забилось чаще. Неужели все-таки он действует правильно? Неужели все идет по плану?..

В конце концов, так ли нужна ему астрология, когда у него под рукой столько провидиц?..

Если только...

Если она сама попросила...

Нет, нет, рано делать выводы. Сумасшедшая надежда погубит еще вернее, чем отчаяние.

– - Какое ожерелье? -- спросил Райн, желая проверить.

– - Золотое, с сапфирами, -- упрямо продолжила Ванесса. -- Я знаю, что это для меня, потому что вы одну секцию вытащили, и показывали ее старику. Специально подогнали.

– - Ага, -- кивнул Райн. -- Ты совершенно права, золотце мое. Специально для тебя подгонял.

Он подошел к своей седельной сумке, что, небрежно отброшенная, валялась в углу, залез туда и вытащил с самого дна Благословенное Ожерелье, завернутое в кусок беленого холста.

Он сам застегнул золотую застежку на тонкой шее.

– - Ну как? -- спросил Райн заботливо. -- Не тяжело?

– - Не-а, -- Ванесса схватилась за ожерелье обеими ручонками. -- Теперь мне не будут сниться кошмары?

– - Нет, -- покачал головой Райн. -- Кошмары тебе сниться будут. Но ты сумеешь с ними справиться.

***

Райн никак не мог понять, выгодна ли жрецу Одина война. С одной стороны, традиционно воюющие боги... а с другой, жрец входил в придворную коалицию вместе с придворной травницей и кое с кем еще, и из клира, и из влиятельного дворянства, кто ощутимо противопоставляли себя интересам герцогств. Райн никак не мог понять, в чем тут дело -- хотят ли они просто по-другому делить добычу, или и в самом деле причина в том, что они и в самом деле против боевых действий как таковых.

Вряд ли последнее. Не зря же Стар -- или не Стар?
– - говорил, что в этом городе все за войну.

Райн все никак не мог понять, что лучше с этими священниками -- торговаться или запугивать. Пока он следовал первой тактике -- по крайней мере, на этой аудиенции с Унтер-Вотаном. Чтобы организовать ее, потребовалось потратить так много драгоценного времени и немало просто драгоценных камней.

– - Герцог Хендриксон всегда отличался большим благочестием, -- проговорил Райн.

– - Это, безусловно, так, -- благосклонно ответствовал верховный жрец.
– - Однако же император Теодор не менее благочестив.

– - Безусловно, на императора следует обращать внимание в первую очередь, -- кивнул Райн.
– - Но ведь ясно же, что на новых землях... так или иначе... будут свои особенности. Безусловно, боги, которые там и жили, никуда не денутся от того, что земля сменит властителей. Однако ведь логично, что каким богам подчиняется император -- тем и должны подчиняться его подданные?

– - И как же на это посмотрят, например, слуги Осириса?

– - Точно так же, как их господин. А боги благоприятствуют Хендриксону, вы хорошо это знаете.