— Еда много! Еда вкусно! — провозгласил он. — Иди сюда — пировать будем, брататься будем…

— Будем, — согласился Жихарь. — Лишний побратим еще никому не помешал.

Он тоже осмотрел содержимое вражеских мешков, натянул чужую сухую рубаху. Она оказалась длинная, до пят — тогда богатырь и штаны определил на просушку.

Потом он грыз у костра вяленую рыбу и проклинал себя за опрометчивые слова насчет мясного воздержания. Но не представать же перед новоявленным побратимом как лжец и клятвопреступник!

— Мой, пожалуй, раньше твой Вавилон буду, — сказал, насытившись, Сочиняй-багатур. — Мой такой глупый обет не давал.

Не стал уж ему говорить Жихарь, что находится Вавилон далеко-далеко — и не столько по расстоянию, сколько по времени.

— Может, встретимся, — сказал он для утешения.

— Как не встретиться? Тому быть непременно, — заявил степняк и достал из засаленных кожаных штанов обломок кости. Обломок он протянул Жихарю.

— Это что такое? — удивился богатырь.

— Твой беда попади — твой свисток свисти — мой приходи, выручай делай! — сказал Сочиняй.

«Оттуда, пожалуй, досвистишься!» — подумал Жихарь, но дар с благодарностью принял, а в отдарок предложил Сочиняю свою долю военной добычи.

— Куда мне такую тяжесть нести! — пожаловался он.

За поздним ужином, затеплив огонь, разговорились по душам. Багатур объяснил, что задержался мало-мало, чтобы набрать подарков для многочисленных жен. Да и в кабаке он здорово поиздержался. Вот и пришлось проехаться по деревням, предлагая жителям защитить их от возможных разбойников. Жители в таких случаях дают защитнику много больше, чем могли бы получить грабители. Правда, потом они почему-то обижаются и назначают за голову отважного заступника хорошую награду. Тут Сочиняю пришла на ум лихая задумка:

— Твоя мой понарошку хватай, понарошку вяжи, тащи на суд. Мой шея аркан надевай, вешать хоти. Твой награда получай, нож кидай, веревка обрезай, вместе беги, деньги двое дели…

— Дело хорошее, — согласился Жихарь. — Крепко придумал. Было бы у меня досужее время, погуляли бы по окрестностям, только некогда…

Водилось у кривлян и хмельное. Сочиняй-багатур раскраснелся, достал свой звонкий кельмандар, настроил… Жихарь тоже воспрял духом, и у костра чуть не до самого рассвета разливались по округе песни — то степные, а то лесные.

Если бы люди только знали, какими простыми и доступными всякому способами можно разрешить самые трудные задачи! Многие бы тогда с досады, что сами не додумались, ручки бы на себя наложили. К примеру, золото можно добывать не из руды и песка, а из самого обыкновенного навоза — все равно чьего.

Золото, конечно, получится не слишком крепкое и надежное, оно в конце концов снова обернется навозом, но за это время вполне можно убежать достаточно далеко.

Легко также человеку перекинуться в волка — воткнул нож в пенек, перекувырнулся через пенек три раза, и ты уже при зубищах и хвост поленом. Только ведь найдется нечестный человек, вытащит чужой нож из пенька, и будешь выть на луну до конца дней.

Нетрудно попасть и во Время Оно. Необходимо лишь отыскать Место Оно либо начертить таковое на ровной поверхности, лучше всего на каменных плитах. Надежнее, конечно, отыскать старое, проверенное Место, вырезанное в камне уверенной рукой опытного чернокнижника. Потому что разноцветный мел, каким положено наносить линии, легко смывается дождями и вернуться назад будет затруднительно.

Тайна чертежа хорошо известна детям, а взрослые вырастают и забывают забавы младенческих лет. Но и дети, к счастью, не знают тайны во всех подробностях и тонкостях, просто проводят на земле в пыли прямые линии, пересекают их другими чертами, завершают получившийся рисунок дугой и в дуге изображают солнышко. Только вот число лучей у этого солнышка должно быть не больше и не меньше, чем необходимо, иначе все дети уже поисчезали бы и род людской мог прекратиться. Кроме того, скакать через полученные ровные наделы нужно на одной ноге в строго определенном порядке, и настоящий порядок детям неведом, так что выходит просто игра.

Иногда, рассказывал Беломор, по чистой случайности и достаточно редко, озорникам и озорницам в особенности удается начертить Место Оно без ошибок. И пропрыгать, тоже по случайности, могут так, как положено. Вот тогда-то дети и пропадают неведомо куда на веки вечные, а родители и соседи потом ловят по округе всяких бродяг, обвиняют их в пропаже и разрывают напополам, привязав за ноги к соседним березкам.

«Как просто! — удивлялся Жихарь, мотая головой. — Хорошо хоть, что тайна сия велика есть, иначе все люди, не только дети, сбежали бы от нынешней тяжелой жизни во Время Оно. Постоянно же говорят, что раньше и птицы пели звонче, и пшеничное зерно созревало в добрый кулак, и волк с ягненком на пару шатались по лесу, и вода была мокрее, и валенки теплее, и старики моложе… Хотя нет, старики так и так раньше были моложе…»