Лишь судьбой уготованный случай.

В неведенье священном

Приходят к этим стенам.

Зовется замок Мунсальвеш, 92

А местность – Терредесальвеш, 93

Сия земля, которой

Анфортас правит хворый... 94

Он смерти, говорят, бледней,

Он скован ею, дышит ей,

Болезнь его томит и гложет.

Ни ходить, ни стоять он не может,

Ни лежать, ни сидеть, ни скакать на коне, -

Лишь полулежать, прислонившись к стене.

Но если вправду вы попали

В Мунсальвеш и в тронном зале

Увидали бы короля,

Воспряла здешняя земля,

Поскольку ваше появленье

И означало б исцеленье

Анфортаса..." – "Я видел там, -

Рек Парцифаль, – прекрасных дам

Среди сверканья зала..."

И тут она его узнала

По голосу: "Ты – Парцифаль!

Так, значит, видел ты Грааль

И короля, что был столь мрачен?

Высокий жребий тебе назначен!

Спеши отраднейшую весть

Мне в утешенье преподнесть

И объяви: король спасен,

А ты навеки вознесен,

И с этого мгновенья

В твоем повиновенье

Весь мир, все земли, все и вся.

Ты для чудесных дел родился

И станешь королем Грааля!.."

«Как вы меня узнали?»

"Как?! Вспомни: это я была,

Кто Парцифалем тебя нарекла...

С тобой в родстве я состою,

Я чтила матушку твою,

Ей матушка моя – сестра,

Вся – святость, вся полна добра,

Она, оплаканная мной,

Была венцом красы земной...

Скажи, не ты ль мне сострадал,

Узнав, что бедный друг мой пал,

С кем я расстаться не могу

И смертный сон его стерегу,

Не ведая успокоенья.

Нет! С каждым днем мои мученья

Все тягостнее, все страшней!.."

Герой Парцифаль ответил ей:

"О, страшен мне твой лик усталый!

Стал мертв и бледен рот твой алый.

Ужель зовешься ты Сигуной,

Которую знал я прекрасной, юной?

Не в Бразельянском ли лесу

Свою оставила ты красу?

Кудри твои поредели,

Жизнь в тебе – на последнем пределе,

Лицо твое бескровно.

Мне ясно одно безусловно:

Предать земле сей труп должны мы!

Воистину невыносимы

Страданья, что познала ты,

Смиренный ангел доброты!.."

. . . . . . . . .

Навзрыд Сигуна зарыдала:

"Я долго, долго ожидала

Предсказанного избавленья.

Так вот оно: в твоем явленье!

Коль тот страдалец исцелен,

Мой дух, что птица, окрылен,

И я упьюсь святой усладой.

Так молви, так обрадуй

Известием, что там, где был,

Вопрос задать ты не забыл!.."

«Спросить я не решился!..»

"Знай: ты всего лишился!..

О я, распятая судьбой,

Зачем я встретилась с тобой?

Зачем не промолчала

С самого начала?

Подумать только, что видали

Глаза твои в том волшебном зале!

Копье, сочащееся кровью,

Хозяина в странном нездоровье,

Рубины, золото, хрусталь,

Наконец, святой Грааль!

Ты блюда дивные едал,

Ты столько, столько повидал

И доброго и злого -

И не спросил ни слова?!

О, гнусное отродье волчье!

Душа, отравленная желчью!

Узревши короля в несчастье,

Вопрос, исполненный участья,

Ты должен, должен был задать!

Отныне ты не смеешь ждать

Ни снисхожденья, ни пощады!..

Будь проклят! И другой награды

Не жди, помимо этих слов!.."

"Сестра, я искупить готов

Свой тяжкий грех любой ценою.

Поверь мне, помирись со мною..."

"Нет, проклят, проклят, проклят будь!

И о родстве со мной забудь.

Забудь и Мунсальвеш, в котором

Ты рыцарство покрыл позором!.."

Так Парцифаль расстался с ней,

С бедною сестрой своей...

Он скачет далее... Одним

Раскаяньем герой томим.

Постигнув, сколь он грешен,

Он вправду безутешен...

А солнце жарит и печет,

Пот по лицу героя течет.