внимания и изучались они глубже и подробнее, так, что порой их изучение занимало по 15

лет. И кто завершил изучение всех этих книг, считался очень сильным специалистом в

области грамматики и действительно прекрасно владел языком, особенно, если он учился

усердно и с пониманием.

В таком положении мы оставались какое-то время, пока Аллах не оказал нам в последние

годы великую милость, разорвав перед нами «железный занавес», и мы, наконец,

получили возможность выезжать за этот «занавес», будь то для хаджа, ‘умры, учебы или

торговли. И у нас появились книги и сочинения, которых никогда не было ни у нас, ни у

наших отцов. Мы прочитали их, поняли, и изменилось многое из того, что было перенято

нами от отцов. Мы обнаружили, что в нашем поклонении и поклонении наших отцов было

множество нововведений и заблуждений, а в нашей ‘акыде – того, что противоречит

‘акыде наших праведных предков. Мы стали искать, изучать и исследовать, и, в конце

концов, пришли к выводу, что многие из наших убеждений ложны, а то, что в этих книгах

– истина. Тогда мы твердо решили вернуться к истине, взяли за основу Коран и Сунну, отказались от фанатичной приверженности мнениям и мазхабу определенного человека и

последовали ‘акыде наших праведных предков, вроде четырех имамов и тех, кто следовал

их путем – шейхов Ислама Ибн Таймиййи и Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба (да

помилует их Аллах).

И мы не скрывали перемены, произошедшей в нас, и нашего возращения к истине от

окружающих, но призывали людей и учащихся у нас к тому, что открылось нам. Были

среди них те, кто поддержал нас – в основном молодежь, были и колеблющиеся люди –

большинство из них среднего возраста. Были и возражающие – в основном, старики и

люди пожилые. Сначала нас было мало, но с течением времени и распространением этих

книг, когда призыв достиг большого числа людей, наши ряды пополнились, и

поддерживающих нас стало больше – так, что количество их стало измеряться тысячами.

Российские власти следят за нами и собирают сведения о нас. Они осознали серьезность

положения, и что если дальше все будет идти так же, как сейчас, бразды правления

государством перейдут из их рук в руки приверженцев этой ‘акыды без войны и

кровопролития. Тогда они стали думать, какие обвинения можно нам «приклеить» и какие

прозвища можно нам дать. И они раскопали то, что давно похоронила история –

обвинения в «ваххабизме» и кличку «ваххабит». Все это они применили против нас,

обвинив нас (естественно, безосновательно) в том, что мы – английские шпионы, и

агенты, работающие за доллары. И что мы разрушаем религию, порочим имамов и не

оцениваем их по достоинству. И что мы отрицаем мазхабы, отвергаем существование

приближенных к Аллаху (вали) и чудесных способностей (карамат), дарованных им. И так

далее, в том же духе… И им поверили простые, непросвещенные люди из тех, кто родился

в то темное время. У них не было мерила, с помощью которого они могли бы отличить

истину ото лжи. Прибавьте к этому огромную материальную базу и СМИ наших врагов.

Давно уже, в начале 20 века, они обвинили в «ваххабизме» одного из тогдашних ученых

Дагестана ‘Али Кияева(?). Среди людей он был известен как Дамир(?) ‘Али из-за его

худобы и маленького роста. В свое время он изучил имеющиеся в Дагестане книги по их

программе и превзошел своих товарищей, после чего отправился в Египет, установил

связь с шейхом Мухаммадом Абдо, бывшим муфтием Египта, проучился у него два года и

перенял идеи реформаторской школы, ее научную программу и стал одним из ее

последователей. Затем он вернулся в Дагестан и создал там новую реформаторскую

школу, наподобие существующей в Египте и неизвестной дагестанцам. Он выпустил

немалую группу ученых Дагестана. Среди них были поэты, слагающие стихи на арабском.

Против него выступили многие ученые Дагестана, очернив его репутацию и назвав его

последователей «ваххабитами». Они обвинили его в том, что он пришел для искажения их

мазхаба и религии. Точно так же, как в наше время поступили с нами. Однако у