– Как быстро люди наглеют, - скорбел Дэрк, - но не думаю, что мне следует его выгонять оттуда, а то наш супер пупер папочка подумает, что я имею к полукровке личный интерес. И как это будет выглядеть? Бог войны выгоняет семью из их же дома, фыр. Отец меня живьем сожрет, а я сожру его, вот и получится, что мы друг друга съели.

Бог охоты громко заржал, ему понравилась картина нарисованная братом.

– Но там же жила она.

– Это всего лишь дом и если я буду каждого расстреливать, то скоро совсем с катушек слечу. Лично передо мной они пока не провинились. Вот провинятся, то с удовольствием сверну всех семейке головы, а полукровке в первую очередь. А пока пускай живут.

Зенс заметил, что именно так Дэрк и поступит. Сыграло то, что бога войны раздражал Мерилин, не смог сдержать гнева, даже перед Зенсом. Бог охоты же по-своему воспринял блеск огня в зрачках младшего братишки.

Дэрк заговорщицки ухмыльнувшись, поставил бутылку с вином на камень.

– Не хочу пить в одиночестве, напьемся?
– спросил он Зенса.

– Мы не пьянеем.

– Но от этого удовольствия же не пропадает? Ведь так?
– и первым присосался к горлышку.

***

Люсенда специально взяла небольшой отгул, чтобы съездить в роддом, в котором по идее родился Мерилин. Как известно, любопытство никого не доводило до добра. Так и женщину оно до добра не довело...

Она не успела войти в здание, как ей дорогу преградил бог войны. От неожиданности его появления женщина вскрикнула. На дворе стояла ночь и ни единой души на улице, есть от чего испугаться.

– Куда ты собралась, Люсенда?
– спросил властно Дэрк.

– шо леа Мерилин?
– изумилась женщина.
– Вы изменились, а зачем вы носите линзы?

Он прищурился.

– Я задал тебе вопрос, куда ты собралась?
– мужчина шагнул к ней, от испуга Люсенда отступила на шаг. Она увидела страшное пламя в апельсиновых зрачках.

– Это ваш сын, да?
– заикаясь, спросила Люсенда, выставив перед собой сумочку, будто та могла ее спасти.

– Допустим, но какое тебе до этого дело?
– взял ее за плечо бог войны. Даже через толстую куртку женщина почувствовала обжигающий жар его руки.

– Пустите! Мне страшно!
– пискнула она, попытавшись выкрутиться.

Люсенда побежала прочь, не оглядываясь, но снова натолкнулась на Дэрка, прямо носом ткнувшись в "каменную" грудь бога войны. Сомнений не осталось в том, кто преградил ей дорогу.

– А тебе не страшно было лезть в чужие дела, особенно в дела бога войны?
– лицо Люсенды после его слов исказилось от страха.
– Люсенда, я не хочу тебя убивать, но ты меня вынуждаешь своим любопытством. Зачем ты влезла в это дело, а? Ты сама подписала себе приговор.

– Я никому не скажу, Дэрк! Пожалуйста, у меня маленькая дочка, она останется совершенно одна, отец бросил нас около года назад! Она попадет в детский дом!

– Дочку я не трону, но тебя оставить не могу. Ты много знаешь, Люсенда. Мне очень жаль. Твоя дочь будет в надежных руках. Кто ж виноват, что ее мама была слишком любопытна? Ты долго играла со смертью, а я долгое время тебя терпел, но и моему терпению когда-нибудь приходит конец.

– Пожалуйста, я никому не скажу!
– заплакала женщина, встав перед ним на колени.
– Я никогда не оскорбляла богов! Пожалуйста, я никому не скажу!

– Смертным нельзя верить, а тебе я не могу, тем более, верить. У тебя еще пятнадцать лет назад был слишком длинный язык.

Они внезапно оказались на крыше высотного здания. Люсенда, стоя на краю, с ужасом посмотрела вниз. Она ухватилась за руку в красной перчатке, крепко державшей ее за плечо. Женщина дрожала и плакала.

– Дэрк, пожалуйста, я же была подругой Гресы, что она скажет?! Как ты посмотришь ей в глаза после моего убийства?!

– Греса ничего не скажет, потому что моя любовь давно мертва, - холодно говорил Дэрк.
– И бесполезно взывать к моей совести, ее остатки сгорели, как и та, которую я любил. Но о твоей дочке я позабочусь, ты можешь умереть со спокойной душой.

Без особых усилий он толкнул отчаянно закричавшую женщину вниз. Бог войны еще склонился и посмотрел, убеждаясь, что она разбилась.

– Одной сплетницей меньше, - безразлично вздохнул он и исчез.

***

Граз проснулся от стука в дверь. Он вышел в коридор, чтобы открыть дверь. Но ничего открывать не пришлось - Дэрк и так вошел.

– Опля, а вот и мы, - оскалился бог войны.
– Посмотри, папуля, какие мы красивые.

За ручку он держал маленький кудрявую девочку трех лет, иногда бог войны ее приподнимал над полом и ребенок смеялся.