— Вот увидишь, я буду учиться лучше всех в классе, — говорил он. — Думаешь, кто-то умеет читать такие же толстые книжки, какие я читаю?

— Не зазнавайся раньше времени, может быть, другие умеют что-нибудь, чего не умеешь ты, — возразила Наташа.

— Ну да? А что, например? — Мальчик был всерьез обеспокоен.

«Весь в отца, — подумала Наташа. — Хочет быть лучше всех. Трудно ему придется с таким характером».

Как он все-таки похож на него. И чем старше становится, тем явственнее обнаруживается сходство. И не только внешнее, но и внутреннее. А ведь он почти не знает отца. Но, глядя на сына, она все чаще замечала в нем черты Игоря. В том, как он смотрит, как ходит, как жестикулирует. И такой же гордый и упрямый. Недавно он сломал заводную машинку, только что купленную ему Наташей, и, заметив, что ей это неприятно, решил ее починить. Всю ночь в его комнате горел свет, и Наташа, зная его характер, даже не пыталась уложить его спать. А когда она зашла к нему утром, он спал на полу рядом с исправленной игрушкой.

Он приложит все силы, но будет учиться лучше всех в классе, если уж он так сказал. Но как обернется это потом, когда он станет взрослым? Ведь жизнь — штука непредсказуемая. Еще одно волновало молодую маму, заставляя всерьез беспокоиться из-за сына. Недавно она вынула из рук уснувшего Игоря книжку, которую он читал перед сном. Что-то опять про пиратов, про море. Она хотела поставить ее на полку, но из книжки выпала фотография. Наташа подняла ее, и ей стало нехорошо. Со снимка смотрел ее любимый человек.

Откуда у сына эта фотография? Вероятно, Игорь подарил ее мальчику. Прошел год. Любой другой ребенок за год забыл бы все, увлекшись новыми впечатлениями. А этот помнит и ждет, и, наверное, смотрит на фотографию, прежде чем уснуть. Бедный малыш.

От Игоря не было никаких известий. Сергей полгода назад писал ей, что почти не видит его, потому что тот все время чем-то занят. Теперь Сергей уехал в Америку, и не от кого больше узнать об Игоре. Наташе было невыносимо жаль мальчика. Сколько еще придется ждать ему? Она-то уже привыкла, но как тяжело ей было сначала смириться с тем, что Игоря нет рядом с ней. Наверное, и малышу так же трудно. К тому же в детстве время идет не так быстро, и год, который для Наташи пролетел почти незаметно, для мальчика — очень долгий срок. Удивительно, что он еще ждет.

Наташа с Игорем дошли до конца Моцартштрассе и, завернув за угол отеля, вышли к автобусной остановке.

Отель «Моцарт» не нарушал уюта маленькой тихой улицы. Эркер трехэтажного здания венчал балкон с колоннами, подпирали его два серых каменных льва. На балконе цвели красные розы, а под ним, в чистом дворике, огороженном невысокой декоративной решеткой, расположилось летнее кафе.

По вечерам здесь зажигались круглые фонари, но сейчас было утро, и солнце било Игорю в глаза, заставляя жмуриться и прикладывать руку ко лбу козырьком. Он стоял, прислонившись к колонне балкона, и наблюдал за Наташей и сыном.

Игорь только вчера вечером прилетел в Бонн и поселился в дорогом номере отеля, слишком просторном для него одного. Из-за эркера номер был не обычной прямоугольной формы, а представлял собой половину шестигранника, разделенного на две части раздвижной перегородкой. Игорь не знал, как долго ему придется прожить в этом номере, и был удовлетворен его комфортом.

Как хочется окликнуть Наташу и Игорька! Но сегодня у сына первый учебный день, и нужно сдержаться, чтобы не волновать ребенка. Он встретит его после занятий и, если мама будет не против, останется с ним навсегда.

Многое изменилось в его жизни за этот год. Удача не всегда сопутствовала ему, но он смог добиться того, чего хотел. Правда, не без помощи друга, но можно ли вообще справиться с бедами в одиночку.

Игорь вспомнил те дни, полные упорного труда. Иногда он сутками не выходил из кабинета, работая над романом. А когда роман был готов, Сергей уговорил его отдать рукопись в крупное лос-анджелесское издательство «Underground». Его редакция была сторонником нового искусства, в русле которого продолжал писать Игорь. Он не очень надеялся, что в Америке смогут оценить его произведение, ему казалось, что перевод не передает всех оттенков присущего только ему стиля. Но через три месяца он получил из издательства приглашение приехать в Лос-Анджелес. Ничего не сообщив ему, Сергей отдал его роман на конкурс, проводимый издательством, и его книга получила первую премию.

В былые времена это только подогрело бы его тщеславие, еще раз подчеркнув исключительность его способностей. Но теперь он был рад, что благодаря крупной сумме денег он сможет осуществить задуманный им план: открыть собственное издательство, подобное лос-анджелесскому. Это было довольно непросто, но сейчас он — главный редактор издательства «Русский авангард», широко известного на родине и почти на равных сотрудничающего с американским.

Лишь только он почувствовал, что дело налажено настолько хорошо, что не требует его пребывания в Москве, он уехал в Германию, заранее заказав себе номер в боннском отеле, расположенном на улице, где жила Наташа с сыном.

«Да, хорошо бы встретить его после школы, — подумал Игорь, — ведь если сын ждет меня, для него это будет двойной праздник. Но я же не знаю, где находится школа… «

Игорь быстро сбежал по лестнице вниз. Слава Богу, они еще стоят на автобусной остановке. Игорь вынул из кармана черные очки и надел их, смеясь над собой. Он напоминал себе героя из кинофильма про шпионов. Делая вид, что рассматривает журналы в витрине киоска, он наблюдал за ними.

Наташе было бы удобнее и спокойнее отвезти сына в школу на машине, но он еще несколько дней назад заявил ей, что будет добираться до школы один. Наташа не стала спорить. Что плохого в том, что парень растет самостоятельным?