– Для того я и обратился к вам в комитет, - сказал лекарь, и Артем обрадовался, потому что это был сам главный лекарь.

– Мы тоже не всесильны, друг Маргитта, - отвечал представитель комитета.
– Контрольную группу женщин собрать будет очень непросто. Ты знаешь, как я отношусь к твоим экспериментам...

– Видишь ли, сосед, у комитета вся надежда именно на мои эксперименты, - заметил лекарь Маргитта.
– Если еще несколько лет не будет результатов, значит, идеи Проповедника Верности не имеют основы. А, следовательно, и смысла.

– Ты бы хоть при девчонке такого не говорил, - одернул старшего лекаря сердитый собеседник.

– Кстати о девчонке. Посмотри, во что превратилась бедная Римит. У нее шесть зародышей на первой стадии зрелости. И у других доброволиц из ее бригады - не меньше. Я не могу допустить, чтобы они еще больше разбухли! Они уже и теперь с трудом передвигаются!

– Это в тебе не вовремя заговорила совесть лекаря, - с усмешкой ответил представитель комитета.
– Девчонки знали, на что идут. Наши законные подруги, между прочим, тоже ходят с большими животами. И им придется потерпеть, пока ты не найдешь способа перейти ко второй стадии зрелости без помощи ускорителя.

– Об этом я и хотел тебе доложить, сосед Вавилар-Сатур. Ты уже знаешь, как сегодня у нас похитили ускорителя.

– Астраган-Дорман уже взят и заперт в нашем подвале.

– Самое обидное, что этот ускоритель не возражал против сотрудничества. Он начал нам показывать кое-что интересное, но у него не получилось. Возможно, по нашей вине. И то, что мы узнали, поддерживает твою теорию длительного сношения! Я не шучу и не собираюсь тебе льстить. Вот стол, вот Римит, которая сегодня была на этом столе. Если хочешь, попробуй.

– Полезай на стол, Римит, - сказал Вавилар-Сатур.
– Посмотрим, что за новинку преподнес твой ускоритель.

– Сейчас Римит примет ту позу, в которую ее поставил ускоритель. И я накрою ее так, как накрыл он.

Прямо над головой Артема была наблюдательная дырка, Он увидел, как вскарабкалась и осталась стоять на четвереньках Римит. Затем главный лекарь принялся драпировать ее покрывалами.

– Это имеет какой-то магический смысл?
– спросил представитель комитета.

– Я полагаю, да, и он поддается расшифровке. Ты знаешь, сосед, что в своде тайных знаний ускорителей все строится на символике. Очевидно, речь идет о поклонении высшей силе, посылающей оплодотворение. Создается как бы образ жертвенного камня, на который кладутся женские органы, ожидающие, что на них снизойдет милость высшей силы. В женщине выделяется то главное, ради чего она нужна мужчине и что она приносит в жертву. Впрочем, это тема для целого трактата. Тут просто символ на символе - и стояние на четырех опорах, и закрытое лицо, и цвета покрывал... Когда-нибудь я займусь этим.

– В том случае, если именно с этой позой мы добьемся успеха, напомнил Вавилар-Сатур.
– Ну, а как же пристраиваться к ней мне?

– Прежде всего полезай на стол, сосед, - и тут Артем услышал, как крупный и заматеревший мужик карабкается на высокий стол.

– Я готов, - доложил Вавилар-Сатур.

– Встань на колени, - командовал Маргитта, - подползи ближе, еще ближе... Теперь понял? Римит, приготовься... Начали!

– Ой!
– сказала Римит.

– Есть, - сказал Вавилар-Сатур.

В наблюдательную дырку Артем видел, что эксперимент действительно начался.

Некоторое время все молчали - и на столе, и возле стола, и под столом.

– Ты прав, Маргитта, - продолжая эксперимент, сказал представитель комитета.
– В этой позе действительно не устаешь и можешь продолжать сношение хоть до утра. И если все дело действительно в длительности сношения, как я предполагаю, то мне сегодня удастся вывести хотя бы один зародыш на вторую стадию зрелости!

– Трудись, трудись!
– напомнил главный лекарь.
– Если тебе это удастся, я позабочусь о том, чтобы тебе и Римит на городской площади поставили памятник.

Когда Артем вообразил себе этот памятник, в нем от сдерживаемого смеха все косточки заскрипели.

– Как видишь, я не отлыниваю, - сказал представитель комитета.
– Как ты там, Римит?

– Все в порядке, - отозвалась из-под своих покрывал доброволица.
– Я тоже могла бы в этой позе продолжать хоть до утра.

– А ты чувствуешь что-нибудь особенное, Римит?
– поинтересовался Маргитта.

– Разве я должна чувствовать что-то особенное?
– спросила Римит.

– Увеличь темп, сосед, - посоветовал главный лекарь.
– Если бы я наблюдал близость опытной женщины с ускорителем, я бы знал наверняка признаки вторичного оплодотворения. Но я знаю лишь то, что оно сопровождается какими-то совсем особыми ощущениями. Это мне рассказали некоторые женщины, но описать свои ощущения они не сумели... Римит! Наклонись пониже, прогнись и вообще обопрись на локти! Так производителю будет удобнее.

– Мне живот мешает!
– простонала Римит.

– Не пищи, и он скоро перестанет тебе мешать!
– прикрикнул на нее Маргитта.
– Как ощущения, Вавилар-Сатур?

– Со мной происходит все то же, что и при первичном оплодотворении.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что у Римит появится седьмой зародыш!?
– в панике возопил главный лекарь.

На столе негромко зарычали и глубоко вздохнули с облегчением.

– Похоже, что он уже появился, - доложил Вавилар-Сатур.
– Правда, у меня еще вовеки не было такого длительного сношения, но я не испытал ничего нового, и Римит, кажется, тоже.