— Вот что получается из-за смешанных браков, — сухо произнесла Элладор, усаживаясь на лавку. — Самое ужасное, что её ребенок может родиться без способности к продлению жизни.

— Она и сама могла быть такой же легкосгораемой, как её папаша, — отозвался Рассалар. — Не в обиду, Анти.

Я махнула рукой.

— Как её мать пошла на такой риск? Единственный ребенок — и полукровка! — Элладор покачала головой.

— Хватит! — неожиданно злобно огрызнулся Тик. — Она такая же, как мы! И дети её будут кевтами!

— Ну, ты уж постарайся, Тики, — съехидничал Гатерас. — А то Кели, не ровен час, как мамочка, найдет себе человечка.

Я даже глазом моргнуть не успела, как Тик стянул Гатераса с лавки изящным лассо. Кевт завопил, вскочил на ноги и хотел было кинуться на Тика, но между ними встрял Рассалар, и тут же угрожающе загудели поля. Я поморщилась. Элладор заметила мою гримасу.

— В чем дело?

— Вы так синхронно хватаетесь за поля, что в голове звенит, — ответила я, потирая висок.

— Постой, ты слышишь поля? — кевтиянка вытаращила глаза.

Парни как-то забыли о потасовке и обернулись к нам.

— Эм, — меня смутило такое пристальное внимание. — Как бы, да. Одно поле я могу и не услышать, а вот несколько — гудят. Как в электрическом щитке. А что?

— Она — человек, — неожиданно резко произнес Рассалар. — И хватит об этом. Это не то!

Элладор кивнула и отвернулась от меня.

— Что? Вы о чем?

— Антея Тейер!

От неожиданности все подскочили. В коридоре, за прутьями решетки, сверкал Тьмой глаз Арельсар. Офицер СБО, как всегда, выглядел нелепо, одетый в изношенные черные джинсы и рубашку желтого цвета в широкую синюю полоску, но кевтская молодежь как-то странно отреагировала на его появление. Нестройно, но четко, каждый из кевтов прикладывал тыльную сторону ладони правой руки к губам и склонял голову.

— Что за показуху устроили? — осадил их Арельсар. — Элладор, твой отец уже едет сюда, уйдете все вместе. А пока я забираю эту…, — кевт, нахмурившись, кивнул на меня.

Полицейский открыл камеру, но я медлила.

— Арельсар…

— Живее, у меня нет времени.

— Пока, — виновато произнесла я, проходя мимо кевтов.

— Приезжай в наш отель, поболтаем, — шепнула Элладор, ловя меня за руку и пожимая её. — До встречи.

Я шла по коридору впереди Арельсара, но лопатками чувствовала его взгляд. У входа нас поджидала растрепанная и красная Хельма.

— Наконец-то! — она со всей силой двинула меня в бок, едва не вышибив дух.

— Ты сдурела?! — хватаясь за руку шедшего рядом кевта, завопила я. — Какого…?

— Ты совсем разум потеряла, — потрясая кулаком у меня перед носом, провозгласила Хельма. — Что за спектакль?! «Я вызову демона!» Я тут весь день просидела, вызванивая знакомых! Уж не знаю, каким чудом выцепила телефон офицера!

Арельсар молча повел нас к машине.

— Это было очень глупо, Антея, — произнес он, открывая мне дверь. — Я завидую мисс Шатар, она может тебя хорошенько стукнуть, а я лишен такой милости.

В попытке успокоиться, я глубоко вдохнула пряный вечерний воздух. Солнце уже село, на широкой улице, где кевт оставил машину, зажигались фонари, а у входа в полицейский участок покачивался синий светильник, бросая отблески на матовые стекла дверей.

— Холодно, — я поежилась.

— Садись, — процедил Арельсар. — Или погулять желаете?

— Нет-нет-нет, едем домой, — Хельма уселась на заднее сидение. — Я весь день не ела.

— Извини, — я искренне попросила прощения, но за всю дорогу со мной никто не обмолвился и словом.

Когда мы подъехали к общаге, дворфийка, поблагодарив кевта, выскочила из машины, тактично оставив нас наедине.

— Антея, я уже просил тебя быть осторожнее, — начал Арельсар, глуша двигатель. Значит, разговор предстоял долгий. — Что за ребячество? За такие вещи могут выслать с острова.

— Но кевты митингуют не первый раз, — возразила я. — Вот и вышлите их. В Ара-каз.

Арельсар, вздохнув, запрокинул голову и уставился в потолок.

— Демоны вас дери, — процедил кевт. — В следующий раз я не буду вытаскивать тебя из каземата. Продолжай в том же духе.

— Извини.

— За что? Ты вредишь сама себе.

— Почему ты не вызволил и этих ребят? — мне не хотелось обсуждать свой проступок. Я сама не понимала, что на меня нашло.

— Их делами занимается староста общины.

— Они даже приветствовали тебя как-то по-особенному.

— Так в кевтской армии приветствуют старшего по званию, — пояснил Арельсар. — На тыльной стороне ладони солдата, прошедшего учебку, ставили клеймо — «поцелуй войны», метку рода войск. Традиция довольно древняя и канувшая во Тьму вместе с кевтской армией.