Шрифт:
– Джеймс, ты можешь говорить?
– Не сейчас, – ответил он. – Я с Сид в Эмпайр-стейт-билдинг.
– А почему ты не в Гринвиче? – спросила Эми.
– Долго рассказывать. Милая, ты не против, если я перезвоню тебе попозже?
– Меня кто-то преследует.
Кьюсак позабыл о Бувье. Его лицо окаменело.
– Ты в порядке?
– Скорее жутко напугана.
– Эм, что случилось?
– Какая-то женщина пялилась на меня вчера во время обеда.
– Она что-нибудь сказала? – спросил Кьюсак.
– Нет. Но она смотрела так, словно забавлялась, что я ее не узнаю.
– Ты ее знаешь?
– Я сначала так и подумала, – ответила Эми. – Я заговорила с ней, и она была вполне любезна.
– Но?..
– Назови это женской интуицией. От нее у меня мурашки по коже пробежали.
Кьюсак сдержал раздражение:
– Я пока не вижу никакого преследования.
– Поначалу я тоже. Мы с ней пошли к нильским крокодилам. И знаешь, как иногда люди подходят к тебе слишком близко, нарушая личное пространство?
– Она касалась тебя? – спросил Кьюсак, уже не раздраженный, а озабоченный.
– Нет.
– Но?..
– Это трудно объяснить.
– Она схватила твою сумку? Что она сделала, Эм?
– У нас тут викторина? Я не знаю, что она сделала. Она была жуткая, как некоторые парни бывают потными. О’кей, Джеймс? Я не вспоминала о ней до сегодняшнего утра.
– А сегодня утром?
– Я поговорила с Тиной.
– Кто такая Тина?
– Она продает билеты, – пояснила Эми. – Тина сказала: «Я рада, что вы встретились со своей подругой».
– Преследователем?
– Именно, – ответила Эми. – Эта женщина заходила в зоопарк на прошлой неделе и задавала всякие вопросы. По словам Тины, она назвала себя «давно потерянной подругой, которая хочет сделать мне сюрприз, подарок ребенку от «Тиффани».
– И что Тина ей рассказала?
– Все, что знала о моем рабочем распорядке.
– А с чего она решила, что все получилось?
– Она видела нас вместе вчера.
– Господи, Эм. Ужас какой. Дай мне десять минут, и я помчусь в зоопарк.
– А почему ты не возвращаешься в офис?
– Боюсь сломать стул о морду Шэннона.
– Смитти, привет, – сказал Кьюсак. – У меня большие неприятности.
– Что на этот раз, Джимми?
– Вчера вечером Бувье сбежал из города. И прихватил с собой все, что смог оторвать от пола.
– Кто-нибудь знает, куда он делся?
– Пока нет, – ответил Кьюсак своему юристу.
– Это беда, – заявил Смитти. – Помнишь «Обслуживание кредитов Литтона»?
– Конечно, – сказал Джимми. – Ближе к делу.
– Приятель, у тебя нет сорока пяти дней. Твоя квартира пропала.
– О чем ты, Смитти? Мы говорим о моей аренде в Эмпайр-стейт-билдинг. Платить за квартиру не нужно до февраля.
– Вряд ли она останется в твоей собственности еще на месяц, особенно если ты не найдешь Бувье.
– Почему?
– Помнишь условия своей ипотеки? – спросил Смитти.
– Конечно нет, – рявкнул Кьюсак.
– Начнем с Эмпайр-стейт-билдинг. Ты лично гарантировал выплату аренды. Могу поспорить, Бувье просрочил два платежа. Технически вся аренда снова на тебе.
– У меня проблема на миллион долларов. Я в курсе.
– Нет, Джимми. У тебя проблема на четыре миллиона долларов. Ты подписал пункт о перекрестном неисполнении обязательств на свою квартиру. И если ты не выполнишь обязательства по аренде, то автоматически объявишь о невыполнении обязательств перед Саем.
– Почему я согласился на этот пункт? – раздраженно спросил Кьюсак.
– С одной стороны, у тебя не было выбора. С другой стороны, Сай настаивал на средствах раннего предупреждения. Ты делаешь один годовой платеж в феврале. Он хотел заблаговременно получать сообщения о возможных проблемах. А вот и проблема.
– Но Саю придется проходить через те же процедуры выкупа, – возразил Кьюсак, – что и «Литтону».
– Очень сомневаюсь, Джимми. Он не банк. Думаю, он просто заберет ключи от твоего дома.
– Квартира достанется ему? – Кьюсака внезапно затошнило.
– Ты еще можешь потянуть какое-то время. Но не сорок пять дней. Договаривайся со своим нанимателем. Но в конечном счете ты будешь платить аренду Саю Лизеру.
Кьюсак осел на стул. Потеря лица. Потеря денег. Нехватка наличных. И кто-то преследует Эми. Лизер тянул за все ниточки в офисе. А теперь он протягивает их к дому Джимми.