— А вот эту вещь нужно установить в непосредственной близости от проводов стационарного телефона, — Макс выложил на стол плоский прямоугольник размером чуть больше спичечной коробки. — Ретранслятор на липучке. Просто приклеишь на телефонный кабель. Эта штука ретранслирует циркулирующие в телефонных проводах голоса, точнее, электромагнитное поле, непосредственно в этот мобильник, он же передатчик.

— Я ни хрена в этом не смыслю, — сказала Дашка.

— Этого от тебя не требуется. Просто спрячь в комнате мобильный телефон. Установи ретранслятор на телефонных проводах. А в свою Хонду поставь магнитолу. Это ты сама сможешь сделать?

— Разумеется, я же не полная дура. А он ничего не поймет во время телефонного разговора?

— Если не сильно продвинут по этой части, не поймет, — ответил Макс. — Ну, возможно небольшое падение напряжения в линии. Тогда твой объект услышит щелчки или треск, немного уменьшится звук голоса собеседника. И все. Короче, никакого риска. Почти никакого. Кстати, у меня к тебе небольшая просьба. Продай акваланг, который остался от Кольки. Недели через три хочу съездить на море, а цены на новые акваланги просто ломовые.

— К тому времени Колька уже вернется, сам у него попросишь, — улыбнулась Дашка. — И спасибо за помощь. Ты, Макс, можешь быть умным, когда захочешь. А все остальное время почему-то остаешься дураком. Акваланг ему подавай… Деньги завезу завтра.

— Не надо мне твоих денег, — замахал руками Макс.

Дядя Миша открыл закусочную «Ветерок» в девять утра и через кухню вышел на задний двор, куда в это время заезжает почтовая машина. Водила бросает в ящик областную и районную газету, счета за электроэнергию или газ и рекламную макулатуру. Успевает переброситься с Шубиным парой слов, а потом катит дальше. Сегодня, когда дядя Миша, заговорившись с поваром, появился на задах закусочной с десятиминутным опозданием, машина уже уехала. Погремев ключами, Шубин открыл ящик.

Вытащив почту, он протопал обратным маршрутом, и в коридоре нос к носу столкнулся с Дашкой. Племянница, засунув ключ в замок подсобки, отпирала дверь.

— Ты чего тут делаешь? — удивился Шубин. — Я же тебя отпустил на всю неделю.

— А я вот соскучилась, — Дашка отступила от двери, будто не собиралась ее открывать. — Сама решила заехать. Тебя повидать и вообще.

— С чего бы такие нежности? — хмыкнул дядька. — Меня повидать…

Дашка шагнула вперед и чмокнула дядьку в щеку.

— У меня настроение хорошее, — сказала она. — Может у человека быть хорошее настроение? Или счастливая минута?

— Может-то оно может.

Шубин стал вспоминать, когда последний раз пережил счастливую минуту. Кажется, это было в прошлом году, дело близилось к зиме, и он по случаю купил на вещевом рынке полушерстяной синий в серую полосочку костюм, а к нему светлую сорочку и галстук, черный с белыми ромбиками. Вот тогда он радовался, что недорого взял хорошую носкую вещь. И стал ждать приглашения на золотую свадьбу двоюродной сестры, присматривая добрый подарок. Но на свадьбу его не пригласили, потому что Верка двух недель не дожила до этого светлого дня. А другого торжественного случая, чтобы обновить костюм, не представилось. Так он и висит в шкафу, ни разу не надеванный. И рубашка с галстуком на полке лежат, в целлофане.

— А с чего бы вдруг у тебя счастливая минута? — насторожился Шубин. — Кошелек что ли нашла с деньгами?

— Это личное. Тебе не понять.

Дашке хотелось, чтобы дядька поскорее отстал, но он все не уходил, все топтался в коридоре и приставал с глупыми вопросами. Но, о чем-то вспомнив, развернулся и зашагал обратно на кухню. Дашка, вернувшись к двери, зашла в кладовку, заперлась изнутри. Сняла с гвоздя огнетушитель-тайник, вывернула днище и, вытащив пачку денег, перехваченную резинкой, отсчитала пять сотен зеленью. Предвидятся кое-какие расходы, которые вскоре с лихвой окупятся. Максу надо ручку позолотить, иначе в следующий раз он с ней и разговаривать не станет.

Свои деньги парень отработал. Микрофон и ретранслятор спрятаны в кабинете Оксанкиного отца. Хонда стоит под домом в гараже. Короче, все идет по плану.

Остается ждать и надеяться, что какой-нибудь интересный разговор состоится не где-нибудь на стороне, а именно в этих стенах. Так оно и будет, так должно быть, потому что Захаров, по рассказам дочки, все важные переговоры и встречи проводит не в офисе, а в загородном особняке. То ли привычка у него такая, пагубная. То ли в основе всего деловой расчет: партнеры по бизнесу становятся сговорчивее от близости чудесной природы и от хозяйского хлебосольного гостеприимства.

Через десять минут Дашка повесила огнетушитель на гвоздь и вышла из кладовки.

Дядя Миша, завернув в крошечную комнату через стенку от кухни, уселся за маленький письменный стол, больше похожий на школьную парту. Развернул районную газету, пробежал взглядом заголовок первополосной корреспонденции: «Отмороженная». Ниже врезка, набранная жирным шрифтом: «Молодая аферистка залезла в постель сразу к обоим кандидатам в мэры нашего города. Кандидаты называют эту историю гнусной провокацией конкурентов. Только каких? В этом пытался разобраться наш специальный корреспондент».