Мы вошли в круг. Я не была уверена, куда идти, и неловко топталась на месте.

– Просто следуй за мной, Мэгги, – предложил он, и я почувствовала странное спокойствие, будто могла доверять ему. Так что я позволила ему вести себя и вскоре шагала вместе с остальными. И это было очень весело.

Смех раздавался повсюду, и к концу танца меня немного закружило. Хэддок улыбался как-то странно, но не пугающе.

– Спасибо за танец, – поблагодарила я.

– Это мне было приятно, – поклонился он. – С нетерпением жду еще много танцев в следующие годы.

– Конечно, – ответила я и улыбнулась.

У меня появилось какое-то очень странное ощущение, связанное с ним. Я повернулась, чтобы найти Калеба, и чуть не врезалась в Марлу и какого-то мужчину. Она улыбалась и явно очень гордилась собой. Мужчина, который был не из Уотсонов, но я тоже не могла слышать его мысли, просто уставился на меня.

– Что? – рявкнула я, так как мне уже надоело притворяться и быть с ней милой.

– Я собиралась познакомить тебя кое с кем, но сначала хотела бы отойти куда-нибудь.

– Никуда я с тобой не пойду, – сообщила я.

– Возьми своего драгоценного Калеба, мне все равно, но тебе нужно услышать, что мы хотим. – Марла схватила пожилого мужчину за руку, показывая, как он важен. Я взвесила все варианты.

– Хорошо. Давай пойдем на крышу.

– Отлично! – промурлыкала она и улыбнулась. – Мы встретимся там, когда ты заберешь своего Кена.

Я поморщилась и пошла искать Калеба, обнаружив его с девушкой, видимо, из клана Паоло. Она уже явно почти влюбилась.

Я захихикала про себя, незаметно подходя к Калебу:

– Привет.

– Привет, детка, – резко сказал он и прочистил горло. – Это, м-м…

– Жаклин, – представилась девушка, уязвленная тем, что он так быстро забыл ее имя.

– Да, Жаклин, извини. Она дочь Паоло. – Ага! – Жаклин, это моя невеста, Мэгги, Провидица.

– Привет, – пролепетала девушка. – Я просто спрашивала Калеба, что изменилось с прошлого раза, когда мы здесь собирались. – Она улыбнулась ему, и ее ресницы затрепетали.

– О! – воскликнула я и почувствовала, как Калеб напрягся рядом со мной. – Сколько тебе лет, Жаклин?

– Девятнадцать, хотя я знаю, что не выгляжу на них. – Девушка снова улыбнулась. – В любом случае в последнее Воссоединение Калеб показывал мне крышу. Было так… сказочно там наверху ночью.

Так! Я больше не хихикала про себя.

– О! – повторила я. Так он показывал другой девушке крышу? Нашу крышу, которая была такой романтичной. Ну и что с того, верно? Ну и что, если мне захотелось запихнуть ей в горло креветку с закусочного стола? Я прочистила собственное горло, чтобы не высказать это вслух.

«Детка, все совсем не так. Она плакала, грустила из-за чего-то. Я так и не понял, из-за чего она плакала. Это было в прошлом году. Я отвел ее на крышу, чтобы подышать воздухом. Мы не ходили в оранжерею. Ты слышишь меня? Это наше с тобой место».

Я покачала головой:

«Все нормально. Я не расстроена. Просто странно слышать, как другие девушки говорят о тебе, вот и все. – Я потерла грудь. – Моя запечатленность не слишком радуется, что ты водишь других девушек на крышу».

«Клянусь, все было не так».

«Знаю». – Я снова посмотрела на Жаклин, которая взирала на нас с отвращением, понимая, что мы разговариваем без ее участия. Она вспоминала тот вечер, когда обманом заманила Калеба на крышу. Она притворилась, будто плачет в коридоре, и сказала, что ей нужен свежий воздух, когда он подошел узнать, что случилось. Естественно, он отвел ее в единственное место с воздухом, на крышу. Она пыталась дотронуться до него несколько раз, но в конце концов Калеб просто дал деру оттуда, оставив Жаклин дышать воздухом.

Она пыталась заставить меня ревновать своими намеками, но зачем?

– Знаешь, было приятно познакомиться с тобой, – сказала я и взяла Калеба за руку. – Марла нас ждет. Она хочет нам о чем-то рассказать, так что мы, пожалуй, пойдем.

Жаклин взглянула на Калеба с желанием.

– Знаешь, я всегда думала, что мы с тобой запечатлимся. Это было как… не знаю, чувство. Я была уверена в этом. Так что, услышав о вас двоих, естественно, я… расстроилась.

– Мне жаль, – произнес Калеб.