Вопрос: Я стоял на лесах (у стены), которые раскачивались взад-вперед. Вдруг я увидел, что стены колеблются, как маятник. Причину я понял, но зрелище качающихся стен было настолько явственным, что я положил руку на ближнюю стену – убедиться, что она неподвижна, и всё равно «ум-зрение» отказывались принимать информацию «ума-касания».

Ответ: Но вследствие чего? Ощущение раскачивания на лесах перекинулось на стены, потому что закрепилось как впечатление мозгового центра? После длительного путешествия на корабле у меня один или два раза возникало ощущение качки, когда я уже сошел на берег, как будто земля подо мной поднималась и опускалась, как палуба, – конечно, это было лишь слабое физическое ощущение, но достаточно яркое.

Вопрос: Из-за того, что я много читаю, я постоянно чувствую напряжение и сухость в голове и с трудом засыпаю. Но когда читаю и запоминаю, мне кажется, что это происходит где-то в груди, а не в голове, а напряжение чувствуется в голове. Почему это так?

Ответ: Участие груди довольно любопытно, потому что там находится витальный ум, и еще римляне всегда говорили про ум так, как будто он располагается в сердце. Но запоминание и чтение должны бы, скорее, происходить там, где располагается физический ум. Как бы там ни было, мозг – это инструмент, обеспечивающий всю такую деятельность, и может чувствовать напряжение, когда оно возникает. Лучше всего мозг отдыхает, если процесс мышления происходит вне тела над головой (или в пространстве, или на других уровнях, но вне тела). В любом случае, у меня это так; когда это произошло, мне стало намного легче; с тех пор мне случалось чувствовать физическую усталость, но голова никогда не устает. То же говорят и другие.

Вопрос: Я так сосредоточен на чтении, что не остается места для мыслей о садхане, и в результате, когда я выхожу из концентрации, в мой ум может проникать что угодно. Не является ли такая практика, с точки зрения дисциплины в садхане, нежелательной?

Ответ: Тут можно сказать… что если бы вы умели делить внимание между чтением и cадханой, то, с той точки зрения, о какой вы говорите, это было бы лучше. Я говорю о том, что ум должен обладать достаточной концентрацией, чтобы создать в себе атмосферу cадханы, и она должна проявляться сразу, как только вы оторветесь от чтения или как только возникнет необходимость отразить вторгнувшуюся мысль. В противном случае силы подсознания выходят из-под контроля и берут власть над умом. Кроме того, всё ваше состояние становится подсознательным, то есть инертным, и вы будете плыть по течению. По крайней мере, именно так я это понимаю после своей недавней работы с подсознанием, так что примите подсказку.

Вопрос: Я пока что не вижу никаких изменений в характере моих снов – мне снятся обычные сны про дом, про пищу, встречи с незнакомыми людьми, передвижения и др. Почему у меня нет здесь никаких изменений, хотя я уже три года выполняю садхану?

Ответ: Такие сны могут сниться годы, пока бодрствующее сознание не перестанет интересоваться этими вещами. Подсознание чрезвычайно упрямо держится своих старых переживаний. Мне недавно приснился сон о революционном подполье, а также другой, где были махараджа Бароды, люди и вещи, о которых я не вспоминал почти двадцать лет. Думаю, это происходит оттого, что сама роль подсознания в человеческой психологии заключается в том, чтобы сохранять в себе прошлое, и оно, не обладая способностью к осознанному мышлению, продолжает цепляться за свою задачу до тех пор, пока в него полностью не низойдет высший свет, осветив все углы и закоулки.

Вопрос: В последние несколько дней мне во сне часто снится, будто я ем. Указывает ли это на жадность в еде или на какую-то потребность тела, или это предвестники болезни, как считается в деревнях?

Ответ: Не думаю. Вероятно, это старые переживания, скопившиеся в материальном подсознании (не витальном, поскольку это скорее воспоминания, чем желания), которые во сне поднимаются на поверхность. Мне когда-то, помню, постоянно снились тарелки с едой, хотя я в то время был совершенно безразличен к еде.

Вопрос: Я до сих пор никак не могу сформулировать правильную позицию в своей cадхане, а тем не менее даю советы другим, когда те сталкиваются с трудностями. Это ли не лицемерие и неискренность?

Ответ: Что ж, хорошие советы может давать даже тот, кто сам им не следует, – на этот счет есть давнее выражение: «Следуй моим словам, а не примеру». Если серьезно, то в одном человеке одновременно живут разные личности, и тот, кто дает советы и приходит на помощь, может быть вполне искренен. Я помню, давно, когда я еще не справился со своими личными конфликтами и трудностями, ко мне тоже приходили за советами и т. п., и когда я был в черной депрессии и не видел способа, как найти выход из своего безнадежного тупика, тем не менее никто этого не замечал, и я говорил с ними вполне убедительно. Была ли это неискренность? Думаю, нет – тот во мне, кто разговаривал с людьми, верил в то, что говорил. Разворот к Божественному всей личности в целом дело непростое, и не нужно отчаиваться, если он произойдет не сразу и какое-то время будут всплывать другие движения. Нужно их замечать, исправлять и двигаться дальше – анирвинначетаса (anirviacetasa) [300] .

Мой опыт показывает, что люди в гораздо меньшей степени готовы отвечать за свои поступки, чем им предписывают моралисты, новеллисты и драматурги, а меня интересуют, скорее, какие силы движут ими, а не то, каким мог бы показаться или оказаться человек в соответствии с нашими выводами или своими задачами или намерениями – наши выводы зачастую неверны, а даже если верны, то относятся лишь к тому, что лежит на поверхности.

Я ничего не могу сказать про гороскоп, так как забыл всё то немногое из астрологии, что знал.

Астрологи говорят много такого, что потом не сбывается. Один из них предсказал, что я должен был умереть в прошлом году, другой – что я должен был уехать из Пондичери в марте или мае прошлого года и странствовать по всей Индии вместе с учениками до тех пор, пока не утону (переправляясь на пароме через реку). Предсказание, даже если верно, не обязательно должно сбыться, потому что когда человек вступает в духовные сферы, он открывает для себя новую силу, способную изменить предначертанное.