Алиса внимательно следила за ходом спектакля из зала. Вроде все шло своим чередом. Если не считать того, что Тёму вдруг заменил сам Роман. А это уже о многом говорило. Выходит, они не ошиблись, и ритуал действительно назначен именно на премьеру.

Как страшно сидеть в зале и наблюдать за всем со стороны, не зная, сможешь ли, успеешь ли вмешаться в нужный момент. Сработает ли их с Олегом план? Не были ли напрасны те действия, которые они предприняли?..

Слишком много вопросов.

Девушка сжала на коленях руки и покосилась на Криша. Тот сидел вместе с другими преподавателями и не отводил взгляда от сцены. Он тоже знал: вот-вот должно что-то произойти!

Ожидание растягивалось. Впервые в жизни Алиса не получала никакого удовольствия от просмотра спектакля. Внутри что-то тянуло, словно закручивалась и закручивалась пружина. Актеры обменивались репликами, вставали в эффектные позы… ну поскорее бы все началось!..

Олег подал знак, что все нормально, подмена удалась. Это хорошо. Что бы ни задумал Криш, они предприняли свои меры… в любом случае не лишние.

Вот уже близится финал. Ромео, прихрамывая на левую ногу, входит в склеп, видит спящую Джульетту и считает ее умершей… Но постойте, Роман же не прихрамывал? Что-то случилось за кулисами: споткнулся, вывихнул ногу? Вполне возможно. Но Алиса еще больше напряглась и еще внимательнее стала следить за происходящим. Ну конечно, если обряд должен состояться, он случится именно в финале, когда самый высокий накал страстей, когда все зрители в зале не отводят взгляд от сцены, сочувствуя юным возлюбленным…

Джульетта здесь лежит… Её краса

Могильный склеп в сияющую светом

Обитель пира обращает… –

говорит Ромео над телом спящей Джульетты.

Произнося монолог, он поднял голову, и Алиса вдруг заметила, что глаза Романа странным образом изменились. Она могла бы поклясться, что радужки в глазах их преподавателя сценического искусства карие, однако сейчас они были угольно-черными, и девушке показалось, что в них пляшет отсвет алого пламени.

Что-то происходит. Уже сейчас. Прямо сейчас!

Сердце взволнованно екнуло…

Нет, пока что ничего… Ромео поступил так, как предписано ему великим Шекспиром, и, выпив яд, опустился подле Джульетты…

Алиса покосилась на Криша. Тот весь подался в сторону сцены, ловя каждый вздох актеров. Значит, все-таки сейчас…

Она ждала чего-то необычного, но все равно испугалась, когда оно начало происходить.

Все казалось Алисе нереальным, словно один из снов, по которым девушка так часто гуляла. Слова Романа… кинжал…

В этот момент Криш вдруг кинулся к сцене, но отлетел, словно наткнулся на невидимую преграду.

Кинжал в руке Романа вонзился в грудь Юли. Девушка вскрикнула… ее голова бессильно запрокинулась.

И это уже не было спектаклем. Все происходило сейчас, на самом деле!

Алиса до крови закусила губу, чтобы не закричать. Неужели Юля мертва?!

Зрители недоуменно переглянулись. Что это — новое прочтение пьесы? Одно из тех испытаний, которые время от времени устраивают для них инициаты? Или, может быть, ситуация действительно вышла из-под контроля?

Студенты беспокойно зашептались.

Учителя сидели спокойно, словно не происходило ничего заслуживающего внимания, а преподаватель теории знаний оглянулся на зал и подмигнул.

— Опять испытание, — услышала Алиса голос одной из однокурсниц. — Интересно, что от нас требуется на этот раз?

— Даже спектакль посмотреть нормально не дадут! — пожаловалась ее подруга. — Совсем измучили!

Алиса восхитилась выдержкой Вадима Петровича. Он и вправду сумел убедить всех, что ничего особенного не происходит. Да и она сама, если бы не знала предыстории, поверила бы: так убедительно он играл.

Девушка успела заметить, как один из учителей, сидевших с краю, быстро скользнул к выходу из зала, вероятно, чтобы попытаться проникнуть на сцену с другой стороны, из гримерки.

Тем временем события на сцене развивались совершенно непредсказуемым образом…

Роман, схвативший Юлю на руки, похоже, ждал, что что-то произойдет: может быть, разверзнется земля, а может, появятся ангелы с арфами и устроят импровизированный концерт… но ничего подобного. Режиссер как-то странно низко зарычал, а потом заметался по кругу, словно оказавшись запертым в небольшой клетке.