Только от одной лишь мысли о том, что сможет натворить этот розововолосый ученый-маньяк, дорвавшись до некоторых запретных разработок, изложенных во всех деталях в памяти "цифровых" хранилищ, Соске сразу же стало дурно.

– Только не считай нас законченными самоубийцами, - рассмеялся в ответ арранкар.
– Мы, конечно же, предварительно потерли все данные, что были в памяти этих хранилищ. Или уничтожили жесткие диски там, где это не получилось. Заэлю и тех, что остались, хватит на первое время.

– А, - облегченно выдохнул Айзен, но тут до него дошел весь смысл сказанного.

Не говоря больше ни единого слова, повелитель Уэко Мундо развернулся и вышел за дверь. И, несмотря на то, что горькая обида от очередной неудачи буквально душили его и продолжать сдерживать себя в руках, было невероятно трудно, Соске все-таки справился со своими эмоциями. В конце концов, это тоже не было полным поражением. Пусть не десять лет, не пятьдесят, а сто или двести. Какая уже, к дьяволу, разница? Уж кто-кто, а он-то точно справится с такой задачей.

Прошло несколько минут, после ухода Айзена, прежде чем Тоусен, наконец, двинул свою фигуру и нейтрально заметил.

– А ты действительно жестокий человек, Вандер-кун.

– Предусмотрительный, - поправил арранкар бывшего шинигами.
– Долгое время жил в непосредственной близи от ходячей аномалии хаотического содержания. Пришлось подстраиваться, а отвыкнуть уже непросто. Но, между прочим, Канаме-кун, что ты сделал со своей частью архива?

– Я долгие годы собирал всякие нехорошие сведения о всех знатных лицах Сообщества Душ, включая тех, кто мог бы стать новыми членами Совета Сорока Шести. Все надеялся, что мне повезет, и эта информация когда-нибудь станет полезной, и ей получится дать настоящий ход, - мрачно поджав темные губы, Тоусен сделал глоток глинтвейна.
– Но так и не срослось. Вот и решил отдать их Нацу, раз он собрался окончательно перебраться в Сообщество Душ. И разрешил использовать эти сведения, как ему заблагорассудится, - мстительная улыбка бывшего капитана не укрылась от внимания собеседника.

– И это меня ты называешь жестоким человеком, - рассмеялся Вандервайс и, откинувшись на спинку дивана, еще раз огляделся по сторонам.
– А все-таки удобное помещение, и не в курсе о нем почти никто. В целом, я согласен. Заседания нашего закрытого клуба можно будет проводить именно тут. Во всяком случае, пока Апачи-чан о нем не узнает.

– Тогда, я сегодня же сообщу об этом Старрку и Баррагану.

* * *

Всплеск от появления в окрестностях магазина довольно мощного и неплохо знакомого источника реяцу, заставил Урахару бросить все гигиенические процедуры и как есть, в банном халате и с зубной щеткой торчащей изо рта, выскочить в коридор, хватая по пути Бенихиме. Как правило, Чоджиро не появлялся в лавке в дневные часы, даже если имел какие-то послания от Ямамото, а значит, случилось, нечто весьма необычное. Тем более, что раньше лейтенант точно никогда не ломился так грубо через расставленную вокруг магазина "сигнализацию", которую Киске проверял теперь ежедневно, после того случая, как в дом неведомым образом сумел пролезть один белобрысый нарушитель.

Вылетев в торговый зал, бакалейщик застал там Тессая и Сасакибе, уже обменивавшихся приветствиями. При этом вид у действующего офицера Готея действительно был каким-то необычным. Лейтенант выглядел куда более строго и манерно даже, несмотря на свою всегдашнюю сухость и вежливость.

– Урахара-сан, Тессай-сан, - заговорил Чоджиро с подчеркнутым официозом в голосе.
– Шихоун-сама, - последний полупоклон был предназначен черной кошке, развалившейся на прилавке и с интересом наблюдавшей оттуда за всем происходящим.
– По личному поручению командующего сил Готей-13 Ямамото-сама и действуя в рамках приказа Совета Сорока Шести, я уполномочен передать вам, что на сегодняшнем заседании члены Совета приняли решение о вашем помиловании, полном прощении и отмене всех санкций, связанных с приговором, несправедливо вынесенным вам более ста лет назад.

– Ч... ч... чё?
– только и смог вымолвить Киске, проглатывая зубную пасту, вставшую в горле колючим комом, а рядом с ним, с не менее удивленным "Ня?!", чуть было не навернулся со стойки черный пушистый зверек.

– Это официальные бумаги, - Сасакибе тут же вручил Тессаю три запечатанных конверта, извлеченных из папки с гербовым знаком.
– Как я уже сказал, решение Совета вступило в силу. Вы больше не считаетесь беглыми преступниками, вам предоставлен свободный доступ в Сообщество Душ, и вы также вправе потребовать любую форму возмещения за причиненные вам неудобства.

– Чоджиро, что происходит?
– выдавил, наконец, из себя Урахара.

Лейтенант тяжко вздохнул, но сохранил маску беспристрастного исполнителя.

– Кроме того, Совет намеревался назначить вам испытательный срок, но это мера не будет применена, поскольку, взяв в дальнейшем всю ответственность за происходящее на себя, данное ограничение попросили отменить капитан Сой Фон и глава недавно образованного аристократического дома Нацутори.

– Няка?!
– хрипловатый голос животной ипостаси Йоруичи полный неверия сбил Урахару с собственной мысли, в целом, звучавшей практически точно также.

– А-а-а...
– протянул торговец, собираясь уточнить одну подробность, но Сасакибе сумел его опередить.

– Да, вам он, скорее всего, известен под именем Нацу, - сделав еще один вздох, Чоджиро добавил.
– И да, мы знаем, что он пустой.

– Но...

– Простите, но у меня нет времени. Я должен доставить соответствующие сообщения о помиловании бывшим капитанам Шибе, Хирако, Айкаве, Оторибаси и Мугуруме, а также лейтенантам Ядомару, Куна и Усёда, - пояснил офицер.
– Уверен, все интересующие вас вопросы вы сможете задать уже в Сейретее уполномоченным лицам или же при личной встрече напрямую самому Нацутори-сану.