Проводив их глазами, вождь клана Мамонта вернулся к прерванной работе. Он отложил в сторону кремни, которые встречались только самых малых размеров, и взялся за камни другого вида, этих в ручье было сколько угодно и любых размеров. Они, как выяснилось, несколько менее прочны, но тоже вполне ничего. Теперь нужно было проверить, поддаются ли они обработке по технологии "огонь-вода". Эта работа заняла прилично времени и привела к несколько неопределённому результату. То есть камни трескались, но угадать направление раскола удавалось через раз. Получалось, что структура у них не столь хорошо повторяется. Ну, или она какая-то кривая.

Стоит ли пытаться сделать из этого материала топор? А куда денешься, если больше не из чего? Хотя, есть смысл проверить и третий тип образцов тот, что твёрже кремня.

Только Веник распрямился, чтобы сменить позу, как увидел идущего в его сторону Димку вместе с Иркой, Лариской и Галочкой.

– Здорово, Вениамин!
– приветливо заговорил Димка уже издалека.
– А что, Лёха со своими гвардами досюда доходил?

– Ага. И доходил, и уходил, - ответил Веник.

В руках пришедшие тоже держали палки, но выглядели они от этого вовсе не столь грозными, как предшествовавшая им четвёрка пацанов. Как-то мирно эти ребята смотрелись - просто слегка замурзанные школьники с дубьём.
– Вы что, гоняетесь друг за другом?

– Это он за нами гоняется. А мы решили Кубью поискать. У него хотя бы зажигалка есть. Да и ножик тоже большое подспорье, а то даже конец палки, пока камнями заостришь, шесть потов сойдёт. Знаешь, как ночью страшно? Когда костёр нечем запалить. Хотя, нет, не знаешь - вы-то как сумели добыть огонь?

– Линзой. От солнышка.

– Вот блин! У меня классная лупа в сумке осталась. Сейчас жалею, что оставил её в классе под столом. Хотя, кто ж знал!

– А где Ленка?
– спросила Галочка.

– На охоту пошла. Думаю, вернётся к вечеру. Ну, то есть, не позднее. А в точности не знаю, - Веник помнит, что миниатюрная Галочка была дружна с долговязой Ленкой.
– Если хочешь, можешь подождать.

– Подожду, конечно.

– Так ты что, тут останешься? А то мы пойдём Кубью искать. Нам бы хотелось до темноты с этим разобраться, - попыталась удержать Галочку Ирка.
– Что, присоединишься к клану лохов имени мамонта?

– Дурак ты, Димка, - Лариска почему-то набросилась не на Ирку, а на парня.
– Никакие они не лохи. Это твой Кубья противный, а тут, смотри! И огонь горит, и домик такой забойный!

– Забойный. Сплошные дырки, - поморщился мальчик.
– Ни от дождя, ни от ветра, ни от сырости в нём не укрыться. Да, если бы у меня был ножик, я бы такой шалаш соорудил! В общем, если желаете, можете оставаться с этими простодырыми, а я пошел дальше.

– Я с тобой, - присоединилась к нему Ирка.

– И я, - Лариска почему-то тоже передумала.

– А я Леночку подожду, - мотнула головой Галочка.
– Можно я посмотрю, как там у вас внутри устроено?
– показала она в сторону убежища.

Веник кивнул. Он так и сидел на вязанке хвороста. Проводил глазами Димку и двух девочек, пока те не скрылись из виду, обходя чудовищную сосну по вполне уже натоптанной тропинке вокруг корневища. Подложил в горн несколько палок потолще, чтобы снова нагорело углей и, пока суд да дело, заглянул в постройку. Там на примятом камыше сладко спала Галочка, свернувшись в зябкий клубочек. Накрыл её своим пиджаком и курткой Сани, а потом вернулся к оставленной работе.

Итак, третий сорт камней. Нагрел небольшой окатыш, провел мокрую черту - есть раскол. Вторая попытка - снова получилось. И направление, по которому трещина распространяется внутрь материала, совпадает с первым вариантом. Для надежности проверил в третий раз - две получившихся чешуйки оказались дымчато-прозрачными, а первый отколовшийся кусочек был мутным, потому что окатанная водой поверхность выглядела плотно тонированной. Зато вся её кромка оказалась бритвенно-острой. Жалко, что этот фрагмент такой крошечный - с рублёвую монету, а то и меньше. Однако, нужно поискать камень покрупнее - кажется Любаша вчера несла что-то продолговатое этого типа.

Точно - вот лежит продолговатый увесистый окатыш. Веник принялся за него, потихоньку откалывая пластиночки наискосок от одного из концов. Получалось медленно, но уверенно. Дело тормознулось, когда пришла пора обрабатывать встречную грань острия - не сразу угадал с направлением, по которому следует проводить смачивание. И еще тут потребовалось сильно уменьшить размеры отколов. Но затея удалась - камень превратился в зубило с прямой режущей кромкой, к которой достаточно остро сбегались грани "заточки".

Пошел к ободранной липке и провёл испытание, действуя инструментом, зажатым в руке, словно ручным рубилом. Довольно успешно, надо сказать - нижние ветви отсеклись легко, хотя и не так ловко, как если бы действовал железным топором - прорубать древесину следовало неглубоко, оставляя довольно широкий паз и переводя много древесины в щепу. Ну и о хрупкости инструмента не следовало забывать - если не соразмеришь силу удара с прочностью этого камня - можно и расколоть его.

Солнце уже перевалило за верхнюю точку своей траектории, когда появились Саня и Любаша. Приволокли кучу прутьев, увязанных в толстые пучки. Все они были очищены от листьев и коры и выглядели желтовато-белыми. Девочка устало опустилась на вязанку хвороста у горна, а ребята снова отправились к ободранной липке - Венику не терпелось похвастаться рубилом. Вскоре оголённый ствол рухнул - Саня свалил его, когда приспособился к работе этим клином.