Сам цилиндр казался таким плотным, его стенки настолько блестели, что издалека походил на монолитный корабль, замерший в ожидании приказа командующего.

Мой флот рассматривали с не меньшим интересом: более того, он подвергался тщательному анализу на число, силу отдельных кораблей и всю совокупную мощь. Я это понял, когда разрешил системе связи каюты открыть доступ входящим сигналам.

Тут же на экране рядом со мной возникли лица президента РФ и Величайшего правителя ОСА.

— Это и есть твой маленький, но грозный флот? — осклабился седой президент в адмиральской форме.

— Не такой он уж и маленький, — ответил я.

Старведий одобрительно кивнул и сказал, будто против желания:

— Я правильно сделал, что заключил с тобой союз…

Тем временем «крышка» цилиндра медленно открылась, тысячи кораблей спешно перестраивались, уступая путь моему флоту. «Эльва» вместе с дредноутом вплыла на почетное место в его центре, тогда как линкоры и эсминцы сместились ближе к краю, а крейсеры и фрегаты заняли место на самой периферии.

Еще несколько часов потребовалось флоту на переформирование и устранение некоторой сумятицы. Ее причина крылась не столько в появление моего флота, сколько в вернувшейся незадолго до нас флотилии десантных кораблей.

«Сердце Эльвы» раскрыл тысячи шлюзов и методично стал загружать в них вернувшихся героев краткой и победоносной войны на «Айдахо». Совсем скоро Генерал Ордена и лорд Балаут присоединятся ко мне на капитанской рубке…

Наконец, все проблемы были улажены, и командующим объединенным флотом был отдан приказ на запуск гипервременных двигателей.

Словно единый живой организм, «цилиндр» из тысяч и тысяч кораблей безжалостно разорвал материю времени и вошел в ярко светящуюся на черном фоне трубу, другой конец которой выходил в сектор Аливрии…

Гончая Сияющего возвышается над поверженной эльфийкой огненной горой. Могучий демон с закрученными рогами и глазницами, полными злобы и огня. Исторгаемое его телом пламя выжгло газон под массивными копытами, пожирало остатки военного лагеря, а местами занимало трибуны. Ночной стадион освещался яростно–мерцающим светом не хуже, как если бы работали ныне разбитые прожекторы.

Демон ликует, смеется, говорит что-то скабрезное. Но вроде бы лежащая без чувств Найта мгновенно оказывается подле него и неуловимым движением пронзает грудь своим гигантским мечом…

Гроссмейстер выключил запись, так и недосмотрев развязку. Когда он повернулся к тройке своих гостей, его брови были сведены к переносице, а глаза стали рыскать по их лицам. И если по вновь одетому с иголочки Цельсию они пробежали равнодушно, то на лице бывалого десантника немного задержались, а на грациозной эльфийке вовсе замерли.

Все Великие, старые или молодые, были хороши собой и невероятно харизматичны. Генетически измененные так, что уже почти не люди, они просто не могли выглядеть иначе. Рива сотни раз видел кого-нибудь из них на экранах телевидения и считал, что самым привлекательным и стильным из них был Гроссмейстер. И что греха таить, в детстве Рива хотел походить на Гроссмейстера. Даже армейскую карьеру он выбрал только для того чтобы иметь призрачный шанс когда-нибудь увидеть его собственными глазами…

Сейчас, когда он смотрел на кумира своей юности, эти мысли бешеным хороводом пронеслись у него в голове. В жизни Гроссмейстер оказался не таким, как на экранах ТВ, он был… значительно лучше.

В нем, как в переполненном сосуде, содержалась концентрированная сила и харизма, и даже те крохи, которые перетекали через край, кружили голову и пробуждали в Риве желание подчиняться.

Но в нем не было такого необъяснимого магнетизма и совершенства в облике, каким обладал Сияющий. Гроссмейстер уступал ему в этом весьма значительно.

Он стоял в небольшом по размеру полукруглом зале, словно актер, играющий на сцене роль бога — невысокий золотой подиум под его ногами как нельзя соответствовал этому сравнению. Декорацией же служили огромные прямоугольные иллюминаторы, за которыми была только черная бездна и редкие крохотные звездочки…

Должно быть, чтобы подчеркнуть свое отделение от касты Великих правителей, он облачился в молочно–серебряные доспехи, под стать своим волосам, сложенным как всегда в стильную прическу.

Сделав шаг вперед, он спрыгнул с подиума и приблизился к своим «гостям».

— Значит, ты убила демона, посланного мальчишкой за твоей головой? — спросил он звучно.

При этих словах Рива непроизвольно дернулся: как-никак, он говорил о боге, которому еще недавно служил Рива; но Найта не выказала никакого недовольства: