— Вам не укрыться от меня! Я издалека чую человечину…

— Я — эльфятина! — яростно рыкнула Найта… — Валим отсюда!

Отряд, громыхая бронированными подошвами среди развалин, ускоренным шагом стал прокладывать курс через третьестепенные улочки. Все двигались быстро, в полном молчании, отчего в некоторые моменты становилось просто невыносимо. Но все же то молчание оказалось благословенно, поскольку разрушившая его Найта заставила Риву так разнервничаться, что система контроля доспеха, впрыснула в шею успокоительное.

— Я чувствую его. Он настигает!

— Корабль совсем рядом, — заметил Рива, — если бы это не было столь опасно, мы могли бы ускориться…

Найта замерла, обернулась, подняла голову, глядя куда-то в небо. И хотя Рива даже с помощью визоров ничего нового там не увидел, её как обычно сильному, но сейчас полному тревоги голосу поверил сразу:

— Он здесь. Мы должны бежать!

Отряд побежал. Забыв о стенаниях, побежал и Цельсий, которому помогал телохранитель с кровоточащей раной. Но когда тот споткнулся и упал, Цельсий даже не повернул головы, как, впрочем, не помог тому ни один из ренегатов Ордена.

Паника охватила даже богоподобную Найту:

— Быстрее! — закричала она. — Он очень силен… О богиня, какая у него мощь…

Впереди уже виднелся остов корабля, доставивший на Айдахо роту Ривы, но сверху пронесся челнок, и какая-то страшная фигура спрыгнула с него на полном ходу.

— Вон корабль! — закричал Рива. — Пароль активации шесть единиц! Бегите, мы его задержим!

Вскинув автомат, он развернулся, изготовившись встречать врага, но рядом материализовалась Найта.

— Остаешься? — спросила она, приставляя меч к его горлу. — Хочешь предать меня?

— Нет, госпожа, мы пожертвуем собой, чтобы задержать Балаута.

Она посмотрела на него, перевела взгляд на растерянных солдат, спросила:

— Почему?

— Вы богиня. Мы обязаны сохранить вам жизнь…

За руинами здания уже сверкали молнии, возвещая о приближении Балаута, а она все молчала. И когда Рива уже почти потерял терпение и вознамерился её поторопить, она произнесла не терпящим возражений голосом:

— Ты пойдешь с нами. Я не умею управлять кораблем.

Риве оставалось только подчиниться.

И вот он сидит в рубке управления кораблем, рядом с Найтой и Цельсием, и в боковой монитор наблюдает, как сверкающий от электрических разрядов Лорд Балаут стоит в окружении изломанных тел. Какое-то мистическое наитие сообщило Риве, что в черных доспехах вряд ли сохранилась хоть капля жизни — никто из его солдат не вернется из мертвых.

А массивная фигура застыла, словно каменный истукан. Глазницы, в которых не было ничего кроме белого света и искр, неотрывно следили за растворяющейся в небе точкой, в которую превратился корабль беглецов.

— Он не человек, — прошептал Рива. — Кто угодно, но не человек…

— О чем ты там бормочешь? — спросил со своего кресла Цельсий. — Воздаешь хвалы своим мифическим духам?.. Но признаться, я уж сам начал в них верить…

Цельсий развалился в кресле борт–механика запрокинув ногу на ногу и сложив свои толстые и красные губы в благодушную улыбку. Сейчас он был расслаблен и умиротворен — совсем не тот человек, что улепетывал от смерти несколько минут назад.

— Рива, погаси изображение, — сказала Найта, — а то мне кажется, что он за мной следит…

Это пожелание Рива выполнил с большим облегчением и со всевозможной поспешностью — но даже после того как погас экран, светящиеся глаза преследовали его еще долго.

Космос распахнул свои бездонные объятия. Но Рива облегченно вздохнул лишь тогда, когда атмосфера планеты с вечным закатом, наконец, осталась далеко за кормой корабля.

— Орбитальная защита приняла нас за своих и пропустила, — уведомил он всех.

— Куда теперь мы направляемся? — поинтересовалась Найта.

— Идем на мою планету, — велел Цельсий.

Рива покачал головой:

— У меня нет координат ни вашей планеты, ни Содружества.

— Тогда что же нам делать?

— В бортовую систему корабля вбиты координаты Аливрии. Я полагаю, там находятся ваши союзники?

Обрадовавшийся Цельсий часто закивал:

— Да, да, там Гроссмейстер! Идем к нему! На Аливрию!

Строго говоря, я мог перемещаться по кораблю мгновенно. Мог развоплощать тело и двигаться по коридору в подобии кровавого тумана. Мог… Мог, но боялся. Я боялся своей силы, своих способностей, боялся того, что их рост выведет меня на дорогу по которой нет обратного пути. Я не хотел превращаться в нечто иное. Я хотел оставаться человеком…