«Лучше здесь», — ответил Масленка Энди.

«Сейчас сброшу этот и заберу полный бак», — с помощью гидравлического привода Энди опустил контейнер на землю. — «И привезти еще один пустой?»

«Ага», — как ему хотелось точно знать, что он поступает правильно. Тинкер летела вперед, окрыленная своей уверенностью и правотой, всегда легко идти за ней вслед. Жизнь превращалась в увеселительную прогулку. Сейчас же он как-будто потерялся в открытом океане.

Для создания анклава им понадобятся столы, стулья, посуда, столовое серебро, еда — список стремился к бесконечности. У него есть деньги, которые он откладывал на черный день. Тинкер всегда хорошо платила ему, и он бесплатно пользовался квартирой, но у него очень дорогие увлечения. Если дела пойдут таким образом, Масленка быстро лишится всех своих сбережений.

Он устроился в очищенном углу столовой, разложив перед собой куски входной двери. В кодексе семьи Масленка нашел заклинание, позволяющее объединить их. Он осторожно скопировал заклинание на дубовые доски. Масленка как раз запустил последнее заклятие, чтобы соединить разбитое в щепки дерево, когда по зданию прокатилась волна тишины. Он поднял голову и увидел Ветроволка, стоящего в вестибюле в окружении секаша.

Масленка помнил Ветроволка беззащитным, искалеченным и истекающим кровью на грани жизни и смерти. И он вряд ли забудет другой раз, когда этот же эльф метал грозовые молнии подобно какому-нибудь божеству. Но больше всего для Масленки значила любовь, которую Ветроволк питал к Тинкер. С другой стороны, он терялся в догадках, как эльф относился к нему самому.

«Волк Который Правит Ветром». — Масленка поклонился и назвал его полное имя, потому что ему необходимо обсудить с Ветроволком официальные дела.

Ветроволк приподнял бровь, удивившись официальности обращения. — «Я думал, что распознал причину этого хаоса», — произнес он по-английски. — «Но, похоже, я ошибался».

«О! Да, это все я». — Масленка переключился обратно на английский, видя, что Ветроволк открыто желает вести беседу в неформальном ключе. — «Рад, что ты здесь. Мне надо поговорить с тобой».

Ветроволк сухо улыбнулся. — «Да, точно. Я приказал снести это здание».

«Знаю. Мне необходимо обсудить с тобой образование анклава».

«Вот как». — Ветроволк на момент задумался, видимо размышляя, что их разговор могут услышать. Он махнул головой в сторону ярмарочной площади. — «Давай поговорим».

Ветроволк был почти на тридцать сантиметров выше Масленки, но подстроился под его шаг, как только они вышли из школы и направились к раскинувшимся лугам по другую сторону улицы. Масленка подождал, пока они уйдут за пределы слышимости, перед тем как продолжить разговор.

«Не знаю, сообщили ли тебе об этом, но я забрал детей Клана Камня».

«Да, мне говорили», — ответил Ветроволк. — «Я знаю, что твоя семья готова пойти на самые экстраординарные меры, чтобы защитить любого, кто оказывается под вашей опекой. Я люблю вас обоих за такое безграничное сочувствие и беззаветную отвагу».

Масленку удивило и тронуло то, как легко Ветроволк использовал слово на букву «л». Похоже, в этом заключается разница между их культурами. Однако, он услышал «но» в голосе эльфа.

«Так в чем проблема?» — спросил Масленка.

«Также, мне известно, что вы часто действуете, не подозревая о присущих…» — Ветроволк прервался, ища нужное слово.

«Опасностях?»

«Сложностях», — улыбнулся Ветроволк. — «Да, и опасностях».

«И что же я упускаю?»

«Предполагаю, что, желая обсудить со мной основание нового анклава, ты рассчитываешь получить поддержку Клана Ветра».

«Похоже, что так», — осторожно произнес Масленка. — «Мне нужно больше узнать об этом, перед тем, как я смогу сказать наверняка».

«Говоря простыми словами, я снабжу тебя деньгами на открытие анклава. Это не просто подарок», — Ветроволк нахмурился. — «Я хочу удостовериться, что ты понимаешь все тонкости поддержки от клана. Опасно предполагать, что раз ты в идеале знаешь эльфийский, то ты действительно понимаешь все, о чем я тебе говорю».

Учитывая, что Тинкер приняла свадебный подарок Ветроволка, абсолютно не подозревая, что соглашается выйти за него замуж, Масленка не мог обвинять эльфа в недоверчивости.

«Я понимаю, что это не подарок, и мне придется отплатить за него», — ответил он. — «Но я не осознаю размер долга».

Ветроволк кивнул и вздохнул. — «Я попытаюсь объяснить. Я не очень хорошо знаю английский и не уверен, что смогу правильно перевести все тонкости».

При том, что Ветроволк владел английским также хорошо, как и Масленка, эта фраза явно настораживала.

Они молча шли по траве. Секаша отодвинулись подальше, создавая иллюзию уединенности.

«Наши песни и легенды рассказывают о далеких временах, когда мы были очень похожи на людей. Мы путешествовали по миру кочевыми племенами, связанные только кровными узами, сражаясь даже с друзьями и родственниками за земли и красивых эльфиек. Затем, Клан Кожи научился пользоваться темной магией и создал армию монстров — виверны, варги, бэнэ. Они пронеслись по Эльфдому, порабощая все на своем пути. Клан Кожи раскидывал каждое захваченное племя по своим территориям. Одного родственника туда, другого сюда. Все родители лишились детей. Братьям и сестрам не суждено было больше встретиться. Они убили наших священников и ученых, сожгли все книги, стремясь уничтожить все, что могло объединять их рабов. Однако, они не могли избавиться от нашей ненависти к ним, и, в конце концов, именно она связала нас между собой».