Девственник бросил винтовку на песок между Глассом и Ланжевином и, приготовившись, встал у средней банки батарда.- Давай! Шарбонно поднырнул под нос каноэ, Доминик под корму.

– По моей команде!
– прокричал Ланжевин.
– Раз, два, три! Они рывком подняли батард над головой и понесли его к воде в десяти ярдах от них. Раздались возбужденные выкрики, и стрельба вновь участилась. Воины арикара появились из-за укрытий.

Гласс и Доминик прицелились. Когда каноэ унесли, они могли лишь припасть к земле. Они находились в пятидесяти ярдах от ивняка. Гласс ясно видел мальчишеское лицо арикара, который, поморщившись, натянул короткий лук. Гласс выстрелил, и мальчик завалился на спину. Гласс потянулся к винтовке Доминика. Пока он взводил ее, рядом прогремела винтовка Ланжевина. Гласс нащупал очередную цель и спустил курок. Полка вспыхнула, но заряд в стволе не воспламенился. - Вот дрянь!

Ланжевин схватил винтовку Шарбонно, пока Гласс подсыпал порох на полку винтовки Доминика. Ланжевин уже собрался стрелять, но Гласс сжал его плечо.- Прибереги выстрел! Они подобрали весла с винтовками и помчались к реке.

Впереди трое мужчин из-за каноэ преодолевали короткую полоску берега до реки. В спешке они почти бросили каноэ в воду. Вслед за каноэ в воду влетел Шарбонно и вскарабкался в него.- Ты его опрокинешь!
– закричал Девственник.

Лодка угрожающе накренила под весом Шарбонно, но осталась на плаву. Он перебросил ноги через борт, растянулся на дне каноэ и принялся вычерпывать воду, просочившуюся сквозь пулевые отверстия. Из-за движений Шарбонно лодка отошла от берега. Течение ударило в корму и завертело ее, унося все дальше. Вслед за ней змеей тянулся длинный канат. Братья заметили глаза Шарбонно, выглядывающего из-за планширя. Вокруг вздымались фонтанчики выстрелов.

– Хватай канат!
– прокричал Доминик. Оба брата нырнули за канатом, отчаянно пытаясь удержать каноэ. Девственник схватил канат обеими руками, изо всех сил стараясь сохранить равновесие в доходящей ему до бедер воде. Он с силой дернул, когда канат натянулся. Доминик медленно пробирался к нему на помощь. Он сильно ударился о подводный камень и охнул от боли, течение сбило его с ног и накрыло с головой. Он вынырнул и поднялся на ноги в двух ярдах от брата.

– Я не удержу!
– закричал Девственник. Доминик бросился к натянутому канату, но тут Девственник внезапно его отпустил. Доминик в ужасе смотрел, как канат змеился по воде вслед за дрейфующим батардом. Он поплыл за ним, но заметил растерянный взгляд брата.

– Доминик...
– прошептал Луи, - кажется, меня подстрелили. Доминик подплыл к брату. Из раны на его спине в реку стекала кровь.

Гласс и Ланжевин добрались до реки в то же самое мгновение, когда в Девственника попала пуля. Они в ужасе смотрели, как он пошатнулся и отпустил канат. На долю секунды они подумали, что Доминик схватит канат, но тот его бросил, вернувшись к брату.

– Хватай лодку!
– закричал Ланжевин. Доминик не обращал на него внимания.
– Шарбонно!
– в отчаянии прокричал Ланжевин. - Я не могу ее остановить!
– отозвался Шарбоно. В мгновение ока лодка оказалась в пятидесяти футах от берега. Без весла Шарбонно не мог остановить каноэ. Хотя, по правде говоря, он и не собирался этого делать.

Гласс повернулся к Ланжевину. Тот собирался что-то сказать, но в этот миг пуля попала ему в затылок. Он умер еще прежде, чем тело упало в воду. Гласс оглянулся на ивняк. Оттуда на берег выскочило по меньшей мере с дюжину арикара. Сжимая в каждой руке по винтовке, Гласс врезался в воду, пробираясь к братьям. Придется плыть за лодкой. Доминик помогал Девственнику, стараясь держать голову брата над водой. Взглянув на Девственника, Гласс понял, что тому осталось недолго. Убитый горем и охваченный паникой, Доминик бессвязно причитал по-французски.

– Плыви за лодкой!
– прокричал Гласс. Он схватил Доминика за воротник и втащил его в реку, потеряв одну из винтовок. Течение подхватило всех троих и понесло вниз по реке. Пули продолжали сыпаться в воду, и обернувшись, Гласс заметил, что индейцы рассеялись вдоль берега.

Гласс пытался одной рукой удержать Девственника, а второй - оставшуюся винтовку, и лихорадочно отталкивался ногами от дна. Доминик делал то же самое, и им удалось миновать песчаную косу. Лицо Девственника уходило под воду. Гласс с Домиником изо всех сил стараясь удержать раненого на плаву. Доминик что-то прокричал, но его слова поглотила вода, когда у быстрины они окунулись в воду. Тот же порог едва не выбил из руки Гласса винтовку. Доминик устремился к берегу.

– Рано еще!
– взмолился Гласс.
– Ниже по течению! Доминик пропустил его слова мимо ушей. Находясь по грудь в воде он проталкивался к мелководью. Гласс оглянулся. Валуны на косе создавали внушительную преграду. Берег за ней был крутым и отвесным. Но арикара понадобится лишь несколько минут, чтобы обойти преграду.

– Мы слишком близко!
– прокричал Гласс. Но Доминик не слушал. Гласс подумывал поплыть один, но вместо этого помог Доминику вытащить брата на берег. Они положили его на спину, прислонив к отвесному скату берега. Он заморгал и открыл глаза, но когда кашлянул, изо рта хлынула кровь. Гласс повернул его на бок, чтобы осмотреть рану.

Пуля вошла в спину Луи под левой лопаткой. Гласс понял, что она не могла разминуться с сердцем. Доминик молча пришел к такому же выводу. Гласс проверил винтовку. С мокрым зарядом она была бесполезна. Он бросил взгляд на пояс. Тесак оставался на месте, а вот пистолет пропал. Гласс взглянул на Доминика. Что же ты собираешься делать?

Внезапно послышался тихий звук, и повернувшись, они увидели слабую улыбку на лице Луи. Его губы зашевелились, Доминик взял брата за руку и наклонился к нему, чтобы расслышать шепот. Но Луи пел: