Наполнив передник их запахом

– Отрадно, что ты еще не разучился петь о розах, братец, - заметил Девственник.
– Бьюсь о заклад, что уже год, как ты не щипал розанчики. Это тебя им следует называть Девственником.

– Лучше страдать от жажды, чем пить из наполненных лихорадкой омутов Миссури.

– Ну что за чистоплюй. Какой ты у нас разборчивый.

– Не вижу нужды извиняться за свое чистоплюйство. В отличие от тебя, мне нравятся женщины с зубами.

– Я не прошу их жевать мою пищу.

– Да ты бы и со свиньей лег, носи она ситцевое платье.

– Что ж, пожалуй, это делает тебя гордостью семьи Каттуаров. Уверен, маман будет рада, узнав, что ты спишь только с первосортными шлюхами из Сент-Луиса.

– Маман не обрадуется, а вот папа - возможно, - оба громко рассмеялись и набожно перекрестились.

– Не гогочите, - прошипел Ланжевин.
– Знаете же, как на воде разносятся голоса.

– Ты что такой сердитый сегодня, Ланжевин?
– спросил Девственник.
– С нас и Шарбонно хватит. Да я на похоронах получше веселился.

– Будут тебе похороны, если не заткнетесь.

Девственник отказался спорить с Ланжевином, чтобы не портить веселой беседы.- Знаешь, там у скво в форте Кайовы три соска.

– Ну и чего хорошего в трех сосках?
– удивился Доминик.

– Тебе просто воображения не хватает.

– Воображения, да? Если бы у тебя было поменьше этого воображения, то не кривился бы так, когда отливаешь.

Девственник обдумывал ответ, но, по правде говоря, устал беседовать с братом. Ланжевин явно не был настроен разговаривать. Шарбонно ушел в лес. Он посмотрел на Профессора, с которым на его памяти никто не общался.

Наконец Девственник остановил взгляд на Глассе. Внезапно ему пришло в голову, что никто так и не заговаривал с Глассом после отъезда из Форта Бразо. Да, они иногда перекидывались парой слов, касающихся в основном удачной охоты Гласса. Но ни одной стоящей беседы, обстоятельного неспешного разговора, которым так наслаждался Луи.

Девственник неожиданно почувствовал себя виноватым из-за отсутствия хороших манер. Он почти ничего не знал о Глассе помимо того, что тот лишь недавно оправился от схватки с медведем. А что важней, подумалось Девственнику, Гласс ничего не знал о нем, а ему наверняка хочется знать больше. Кроме того, это неплохая возможность попрактиковаться в английском, ведь Девственник считал себя знатоком этого языка.

– Эй, свиноед. Когда Гласс оглянулся, он спросил:- Ты откуда?

Вопрос и неожиданное использование английского застали Гласса врасплох. Он откашлялся.- Из Филадельфии.

Девственник кивнул, ожидая встречного вопроса. Но его не последовало.

Наконец, Девственник не выдержал.- Мы с братом из Контрекура.

Гласс молча кивнул. Похоже, из этого американца придется вытягивать слова, решил Девственник.

– Ты знаешь, откуда пошло ремесло вояжеров? "Ты знаешь, откуууда пошлооо ремеслооо вояжерооов"?

Гласс отрицательно покачал головой. Доминик закатил глаза, поняв, что брат заведёт сейчас одну из своих утомительных историй.

– Контрекур стоит на великой реке Святого Лаврентия. Когда-то, давным давно, все жители нашей деревни были бедными фермерами. День деньской работали в полях, но почва была плохой, а погода - холодной, и им не удавалось собрать приличный урожай.

Однажды прекрасная дева Изабель работала в поле неподалеку от реки. Неожиданно из воды вышел жеребец - большой, сильный и черный, как уголь. Он стоял в реке, не сводя глаз с девушки. А она сильно перепугалась. Жеребец понял, что она собирается убежать, и ударил копытами по воде, и из воды к ногам девушки вылетела форель. Рыба упала в грязь у ног Изабель и...
– тут Девственник не смог вспомнить нужное слово на английском и забарабанил руками по земле.

– Изабель заметила этот небольшой подарок и обрадовалась. Она подобрала рыбу и понесла её семье на ужин. Отцу и братьям она рассказала об этой лошади, но те решили, что она пошутила. Они рассмеялись и попросили её взять побольше рыбы у нового друга.

Изабель вернулась на поле и каждый день вновь встречала черного жеребца. С каждым днем он подходил всё и ближе и дарил ей подарки. Один раз - яблоко, на другой день - цветы. Каждый день Изабель рассказывала домашним о странной лошади, которая выходит из воды. И каждый день они смеялись над её рассказом.

Наконец настал день, когда жеребец подошел к Изабель. Она взобралась ему на спину, и жеребец поскакал в реку. Они исчезли в водах реки, и с того дня их больше никто не видел.

Огонь отбрасывал яркие тени на лицо Девственник, пока тот рассказывал. А журчащее течение реки одобрительно плескалось.

– В ту ночь, когда Изабель не вернулась, отец и браться отправились в поле на её поиски. Они нашли следы Изабель и жеребца. Увидели, что Изабель оседлала лошадь, и та кинулась в реку. Они обыскали всю реку, но не смогли найти девушку.