– Копни, Юра, копни, – согласился Артем. – Я тебе даже подсказку дам. Это Виктор Анатольевич Коробов, спонсор благотворительного фонда «Поделись сердцем». Официально владелец охранного предприятия «Барс».

– Так ты, выходит, уже сам знаешь, откуда ноги растут?

– Рою потихоньку. Но без твоей помощи я бы ничего не узнал.

– Ладно, не перехвали, – сказал Соломин и усмехнулся.

– Юра, ты оказал мне неоценимую услугу. Громадное тебе спасибо, – от всего сердца поблагодарил друга Артем и добавил: – Я помню про рыбалку, так что все в силе!

– Надеюсь.

Адвокат побарабанил пальцами по столу, затем набрал номер Дмитрия, своего помощника.

– Дима, привет! Как успехи?

– Я все узнал, – услышал он голос парня. – Через двадцать минут буду у вас. Если время не терпит, могу сказать адрес, с которого шли интересующие вас сообщения, прямо сейчас.

– Говори.

Юноша помолчал, видимо, сверяясь с бумажкой, после чего проговорил:

– Литовский бульвар, дом два дробь один.

– Quod erat demonstrandum, – вполголоса произнес Артем.

– Что? – не понял Дима.

– Это по-латыни. Что и требовалось доказать. Ты молодец. Давай, я жду тебя!

К приходу помощника он приготовил чай.

– У меня для тебя будет еще одно задание, Дима, – сказал адвокат, когда молодой человек поставил на стол ноутбук и прошел на кухню.

– Не вопрос, – ответил тот, и его темно-синие глаза сверкнули азартом.

– По этому самому адресу, Литовский бульвар, дом два дробь один, расположена медицинская клиника. Она весьма непроста. У меня есть основания подозревать, что там могут твориться вещи, за которые закон очень сурово карает. Давай сделаем вот как. Ты позвонишь по одному из телефонов, которые я тебе дам, и напросишься на первичный прием. Насчет денег не волнуйся, обеспечу. Скажешь, что кто-то в твоей районной поликлинике хорошо отозвался об этом центре. А у тебя, к примеру, частые обмороки, потеря сознания. Можешь добавить, что страдаешь провалами в памяти и хочешь пройти диспансеризацию. Намекни так, между делом, что ты совершенно одинокий, родителей нет, семьей пока не обзавелся. Если тебе будут озвучивать какие-то суммы, просто кивни, мол, подумаю, и уходи.

Дмитрий внимательно посмотрел на адвоката.

– Меня выпустят оттуда? – попробовал пошутить он, отпивая чай. – Они там незаконной врачебной деятельностью занимаются, да?

– Есть такие подозрения. Да, тебя выпустят. Если что – сразу звони.

– Хорошо.

– Это сделаешь завтра утром, сегодня отбой. Занимайся своими делами.

– Хорошо. – Юноша допил чай и ушел.

Павлов потратил еще около часа на решение вопроса насчет обследования Насти, дочери Осипова, и последующей отправки ее в санаторий.

«Нужно будет подвезти на экспертизу волшебное лекарство, которым девочку снабжает Ремезов», – подумал Павлов.

Он тут же снова взялся за телефон и набрал номер следователя, который вел дело о пропаже Владимира.

Тот был предельно сдержан.

– Артем Андреевич, у меня для вас нет новостей. Осипов на работе не появлялся. Дома его тоже нет.

– Зато у меня есть новости, – сказал Павлов. – Иван Сергеевич, у вас найдется после обеда свободное время? Мы подъедем к вам на допрос.

– «Мы» – это кто? – уставшим голосом поинтересовался следователь.

– Я и Осипов.

– Вы что, господин адвокат, прячете свидетеля? – В голосе Ивана Сергеевича слышалось неподдельное потрясение.

– Так вышло. Я при встрече все объясню.

– Ладно. Я жду вас в пятнадцать часов.

– Договорились.

Артем начал собираться. Теперь главное, чтобы Осипов не спасовал. Адвокат сомневался в том, что следователь тут же арестует доктора. Ведь никаких прямых фактов, подтверждающих преступную деятельность хирурга, не имелось. По крайней мере сейчас. А на сбор доказательств потребуется немало времени, в течение которого с Осиповым может произойти все, что угодно.

Следовало все еще раз обдумать самым тщательным образом.

Владимир открыл глаза и не сразу понял, где находится. Ему почему-то сначала показалось, что весь тот бредовый кошмар, в который он был всецело погружен последние две недели, окончен. Сейчас парень проснулся в собственной кровати, у себя дома. Увы, реальность мгновенно отмела эти наивные и робкие надежды.

Он был в той же самой палате. Более того, теперь его кисти и ступни были плотно привязаны к койке кожаными ремнями. Юноша осторожно пошевелил конечностями, проверяя, насколько надежно он закреплен, есть ли у него хоть какая-то возможность двигаться. Тщетно. Между его рукой и ремнем и спичку не просунешь.

Открылась дверь, и в камере появилась Марина Игоревна. На этот раз женщина была без маски. Она улыбалась, но ее глаза вызывали ассоциацию с двумя острыми льдинками.

– Доброе утро, Володя, – все тем же приятным голосом произнесла она.

Словно и не было попытки побега, начавшегося вполне успешно и так неудачно завершившегося.

– Если бы вы не вызвали охрану, мне удалось бы уйти отсюда, – вместо приветствия ответил юноша.

– Вряд ли, – сказала докторша и покачала головой. – Ты сильный, но покинуть это здание у тебя не получилось бы при всем желании.