«Ты общаешься со своими пациентами? Ну, с предыдущими?»

Фраза, всплывшая в ее памяти, была подобна ледяному душу. Что имел в виду Артем? После этого он скомкал разговор, начал про ракушки рассказывать. Зачем адвокат так интересовался фондом?

Алле вдруг стало не по себе. Она полезла в сумочку за телефоном. Координаты некоторых людей, за которыми она ухаживала, у нее имелись. Остальных она найдет через фонд.

Алла вдруг решила во что бы то ни стало убедиться в том, что с ее бывшими подопечными все в порядке.

Виктор Анатольевич Коробов пребывал в неплохом расположении духа. Во-первых, погода была просто великолепной – светило солнышко, небо было чистое, без единого намека на облака. Во-вторых, завтрак, приготовленный умелой кухаркой, включал в себя его любимое блюдо – поджаристо-золотистые картофельные оладушки, в простонародье называемые драниками. В-третьих, сегодня он выбил себе выходной и с удовольствием смотрел «Новые приключения неуловимых». Этот фильм Коробов любил с далекого детства.

Валерка как раз филигранно обыграл на бильярде штабс-капитана врангелевской армии Петра Сергеевича Овечкина, роль которого блестяще сыграл Армен Джигарханян. Бизнесмен уже обмакнул в сметану очередной драник, как раздался телефонный звонок.

Виктор Анатольевич с явным неудовольствием воззрился на экран сотового и поморщился. Пропустить звонок этого человека он не имел права. Слишком уж серьезный бизнес их связывал.

– Привет, Миша, – пророкотал он, заглатывая драник. – Если честно, ты немного не вовремя.

– Прошу прощения, Виктор Анатольевич, – раздался отрывистый голос. – Но я не мог не позвонить.

– Давай, излагай, – сказал Коробов, вытирая руки салфеткой.

Он жестом показал, чтобы супруга вышла из столовой, и она мгновенно упорхнула.

– Какие-то проблемы?

– Не то чтобы проблемы. – Собеседник замялся, потом продолжил: – Но лучше будет, если вы все узнаете заранее, прямо сейчас.

– Не томи, говори! – Виктор Анатольевич повысил голос.

– Вчера был прокол с сорок девятой паутинкой. С Украины приехала семейка мушек, четверо, с ними двое больных личинок. У матки тоже несерьезное ранение. Вариант идеальный, все мухи жирные и сочные. А наш паучок надул в штаны и соскочил. Этих четверых принял другой лепила. С ними уже работают.

– Что значит «соскочил»? – спросил Коробов и нахмурился. – Кто подбирал людей в больницы?

– Я, Виктор Анатольевич.

– В чем же тогда дело? Доктора совесть загрызла?

– Пока не могу выяснить. Якобы к нему приходил какой-то известный адвокат. Павлов, что ли…

Коробов уже потянулся было за очередным драником, как его рука замерла на полпути.

– Артем Павлов?

– Наверное, да.

Коробов усмехнулся.

– Эх ты, «какой-то адвокат», «наверное, да». Дремучий ты человек, Миша. Неужели ничего о нем не слышал?

– У меня, Виктор Анатольевич, других дел по горло, – вежливо ответил собеседник.

– Он крепкий орешек, – медленно произнес Коробов. – Пожалуй, самый лучший юрист в России. Этот господин и ко мне уже наведаться успел. Что он хочет?

– Нашу муху ищет. Ту самую, которая две недели назад тоже в сорок девятую паутинку попала. Вы еще сказали, что за ней особый уход нужен. Пацан, восемнадцать лет.

Виктор Анатольевич задумался. Несколько дней назад с ним связывался весьма влиятельный человек, который очень настойчиво интересовался товаром, имеющимся у него в наличии. Парень, о котором сейчас говорил Михаил, по всем параметрам отлично подходил богатому клиенту, которого нашел этот человек.

– Что-то не верится, что такой мужик, как Павлов, стал бы впрягаться за какого-то неприметного чушка, – задумчиво протянул Коробов. – Как думаешь?

– Я не знаю, – послышалось в ответ. – Но лучше устранить проблему сразу, чем думать, что да откуда. Так мы только время потеряем.

– Ты, Миша, мыслишь устаревшими понятиями. Очнись, сейчас не девяностые. Никто уже на разборки к коммерсантам с утюгами не ходит.

– Утюг – вещь хорошая, – проговорил Михаил, и Коробов почувствовал, как от него повеяло ледяной злобой. – Если какой перчик шибко умный у меня на пути встанет, я его живым в бетон закатаю…

– Прекрати, Миша! – оборвал его Коробов и отодвинул в сторонку тарелку с остывающими драниками.

После тяжелых слов подельника у него напрочь пропал аппетит.

– Мозгами нужно уметь пользоваться. Жаль, что ты не дошел до этого. Ладно, ближе к делу. Что там насчет врача?

– Мой человек приехал к нему ночью. Дверь была сломана. Он вошел, но вынужден был уносить ноги. В коридоре нарисовался этот адвокатишка.

– Вот так, значит? Ну и какие предложения?

– Паучка надо раздавить, – обронил Михаил. – Хлоп мухобойкой, и все дела.