Не успели, они скрыться за деревьями, как на просеку выскочила свора собак. Псы остановились, сбившись в кучу, топчась и нюхая воздух, за ними вылетел на высоком кауром жеребце упитанный здоровяк с неприятным выражением лица, следом появились и остальные охотники.

— Я еду за медведем! — приказал здоровяк. — Хлой и Нелим — за поганцами!

Всадники пустились в погоню, собаки постояв в нерешительности, сорвались с места и, разделившись на две части с лаем понеслись за охотниками.

Заросшая густым подлеском и заваленная буреломом чаща затрудняла конникам движение и дала возможность юношам скрыться из вида, но собаки начинали их догонять. Ратиол бежал так быстро, что Арден видел только, как вдалеке между деревьями мелькают лохмотья его одежды. Чувствуя, что собаки вот-вот набросятся на него, он собрал оставшиеся силы, ухватился за торчащий сук и вскарабкался на дерево. Несколько собак не останавливаясь, понеслись за Ратиолом, другие, скалясь лая и прыгая на ствол, принялись кружить вокруг дерева. Вскоре подъехал один из охотников, посмотрев с усмешкой на сидящего на дереве юношу, поскакал дальше. Тут же показался второй, остановив коня, и задрав голову, грубо приказал:

— Слезай скотина!

Арден молчал и не двигался с места. Тогда всадник снял с плеча арбалет и прицелился. Юноша зажмурился и еще сильнее вцепился в дерево, сердце бешено застучало, и в голове возник образ Руты, от чего стало еще хуже. Раздался щелчок и вылетевший со свистом бельт угодил в ветку рядом с плечом беглеца. Охотник выругался и опустил оружие, доставая из сумки другой бельт, замешкался. Арден не стал упускать такую возможность, спрыгнув с дерева, и очутившись на лошади позади охотника, что есть силы, саданул ему по голове. Конь дернулся, потерявший сознание мужчина вылетел из седла и сильно ударился головой о ствол дерева, застряв ногой в стремени, повис в нелепой позе. Чудом, удержавшийся на коне юноша перебрался в седло и тут же оттуда, куда исчез Ратиол с преследователем раздался победный рев рога. Собаки с радостным лаем понеслись на звук, потеряв всякий интерес к очутившемуся в седле беглецу.

Высвободив ногу охотника Арден галопом поскакал на выручку своему приятелю, но услышав вдалеке голоса людей и лай собак, резко повернул назад, поняв, что сам попадется в руки сумасшедшему принцу и тогда уже ничем не сможет помочь товарищу. Вскоре снова оказавшись на прежнем месте, перекинув через седло тело охотника, поспешил скрыться в чаще леса.

На небольшой полянке он остановил коня и спешился. Только сейчас оказавшись вдалеке от своих преследователей, он осознал все, что с ним произошло и то, что человек подобно мешку свисающий поперек седла — мертв. Колени почему-то задрожали, к горлу подкатил отвратительный ком, ощущение чего-то страшного не обратимого сжало душу, словно в тиски. Ему понадобилось некоторое время, что бы придти в себя, начать трезво рассуждать и успокоить, готовый вывернуться на изнанку голодный желудок.

Как не противно и стыдно ему было, но пришлось раздеть труп, и сжав зубы, облачиться в его одежду. При охотнике оказался довольно увесистый кошелек с золотом, меч, арбалет и пара странных кинжалов, напоминающих большие кастеты с выходящим из них обоюдоострым лезвием. Покрутив их в руках, так и не поняв, как ими пользоваться, Арден убрал их обратно в охотничью сумку. Прикрыв лапником, тело мертвого охотника, он вскочил в седло и направил коня к большаку, обдумывая созревший в голове план.

В Каррерасе в отличие от большинства тимерских городов не было ни торговой площади, ни привычного рынка. Городским торговым местом являлась длинная, прямая как стрела улица со стоящими по обеим сторонам всевозможными лавками. Улица эта называлась «Товарный ряд» и не имела других выходов и входов, помимо начала, а в конце заканчивалась тупиком. Это была своеобразная торговая уловка, чтобы купить все необходимое надо обязательно дойти до конца, а потом обратно, таким образом, прикупив то, что может, и не собирался.

Арден въехал в город уже за темно, и конечно все лавки были уже закрыты. Проехав весь Товарный ряд, он очутился у приличного на вид трактира под громким названием «Звезда Каррераса». Не оставалось ничего другого, как заночевать в этом заведении.

Плотно поужинав и смыв с себя грязь в деревянном корыте с чуть теплой водой, принесенном в его комнату за очень приличную плату, Арден заснул, не успев даже голову опустить на подушку. Но спал он, плохо часто просыпаясь от постоянно повторяющегося сна, в котором Ратиол молил его о помощи, корчась в страшных муках. Последний кошмар, с его сестрой Тиной ожесточенно размахивающей странными острыми, как бритва кинжалами охотника, и пытающейся отсечь ему ими голову, заставил его проснуться окончательно.

Начинало светать, за окном истошно кричал петух, стараясь перекричать других своих собратьев, голоса которых слышались издалека со всех сторон. Арден спустился в трактир, слегка перекусил и сговорился с трактирщиком поменять коня, на котором он приехал на гнедого мерина, примеченного им еще вчера вечером в конюшне. После чего он бегом побежал на Товарный ряд, мучаясь от ощущения, будто одежда покойника раздражает и мучает кожу.

В портняжной лавке ему довольно быстро удалось поменять ее на новую с доплатой. Проделать тоже самое у сапожника не получилось. Тот ни в какую не хотел оставлять у себя поношенные сапоги, поэтому их пришлось отдать первому встречному нищему.