– Разумеется, – ответила Омонье, явно обескураженная самим вопросом. – Что ты намерен делать?

– Разыщу этих людей и задам нелегкие вопросы.

Талия и Парнасс спустились на самый нижний из открытых этажей шара. Они уже бродили по этим комнатам и коридорам, разыскивая материал для баррикад, но та вылазка особой пользы не принесла. Талия не рассчитывала вернуться в это неприятное место, и уж точно не с вандальским планом, который сейчас занимал ее мысли. Как хорошо, что Парнасс знает, куда идти. День был в самом разгаре, только на мрачный этаж свет почти не проникал.

– Сейчас спустимся еще ниже, – объявил Парнасс, наклонившись, чтобы поднять крышку люка, которую Талия нипочем не заметила бы. – Там, конечно, пыльно, но ничего, потерпишь. Самое главное – не шуми. Через эту часть шара проходят лифт, инфоканал центра голосования и лестница, а между нами и роботами буквально сантиметровый заслон. Вряд ли они поднялись так высоко, но мы не хотим рисковать; верно, дочка?

– Если они поднимутся так высоко, что помешает им проломить стену и попросту обойти баррикады? – спросила Талия.

– Ничто не помешает, если они вобьют это в свои тупые металлические головы. Поэтому нам лучше не шуметь. – Парнасс скользнул под пол и протянул руку Талии.

– Кстати, как отреагировала Мэриэл Редон? – спросила Талия, опуская ноги в темноту.

– Решила, что я издеваюсь.

Стопы Талии коснулись металлического настила.

– А когда вы объяснили, что идея моя?

– Мэриэл передумала. Решила, что над ней издеваешься ты. В итоге я вроде ее уговорил. Сама же понимаешь, лучше не рисковать и с роботами не встречаться.

– Да уж, лучше не встречаться, – с мрачной безнадежностью проговорила Талия. – По-вашему, боевых роботов кто-нибудь еще заметил?

– Вряд ли, – тихо ответил Парнасс. – Катбертсон прилип было к окнам, но я отвел его в сторону, пока он ничего не увидел.

– Вот и хорошо. Люди и так перепуганы. Вам ведь не нужно объяснять, что эти роботы способны сделать с безоружными обывателями?

– Спасибо, воображение у меня и так на высоте. – Фраза доставила Парнассу какое-то мрачное удовольствие. – По-твоему, что они предпримут? Заберутся в башню и, как остальные, будут расчищать лестницу?

– Не обязательно. Эти роботы созданы специально для штурма. Чтобы пробраться в шар, лестница им не нужна. Они и снаружи залезут, даже если придется построить осадную башню из собственных тел.

– Пока они никуда не лезут.

– Наверное, оценивают ситуацию, решают, как быстрее нас одолеть. Только вечно мешкать не будут. Лучше покажите, где мне резать.

– За мной! – шепнул Парнасс и наклонил голову Талии, чтобы не стукнулась о потолочную балку. – Да, очки свои надень, – добавил он.

– А вы как?

– Я дорогу знаю.

Талия надела очки. Усилитель изображения ткнул ей в глаза зернистые силуэты. Она активизировала инфракрасный оверлей, сосредоточилась на шарообразном силуэте Парнасса и пошла по его следам, словно пересекала минное поле. Стараясь не шуметь, они преодолели целый лес перекрещивающихся балок и энергопроводов и добрались до трех служебных шахт. Это место Парнасс уже описывал. Талия не сомневалась, что они у основания шара, – видела, как изгиб его оболочки соединяется с верхушкой башни. Вокруг пучка служебных шахт стояли массивные подпоры. Над головой у Талии они изгибались арками и уходили в разные стороны. Парнасс молча коснулся одной из похожих подпор. Она оказалась не тоньше бедра Талии.

– Здесь резать? – спросила она шепотом.

– Здесь, но не одну балку, – так же шепотом ответил Парнасс. – Их восемнадцать. Хочешь снести шар – нужно перерезать как минимум половину.

– Девять! – прошипела Талия.

Сайрус поднес палец к губам.

– Хватит четырех-пяти по разные стороны от этого пучка. Потом надрежешь еще по парочке с каждой стороны. Мы ведь хотим, чтобы шарик упал, куда нам нужно.

– Понятно, – буркнула Талия, досадуя, что сама до этого не додумалась.

– Дать волшебный меч?

– Да, самое время.

Парнасс вручил ей толстый сверток. Вместе они размотали изоляцию, потом заново обернули ею раскалившуюся рукоять хлыста. Пальцы снова дрожали, но Талия стиснула поврежденную ищейку, молясь, чтобы она в последний раз выпустила хвост.

Ну вот, можно резать.

Неведомые возможности собственного разума уже не впервые изумляли и пугали Омонье. В течение девяти лет она почти не вспоминала членов «Головни», но сейчас память выдала их имена со скоростью раздаточного автомата хорошей конструкции. Джейн продиктовала имена Дрейфусу, и тот занес их в компад, вися на конце ограничителя. Том царапал как курица лапой – всегда казалось, что пишет он с трудом, словно руки у него для этого не приспособлены.