Коул отличается.

И вот почему я боюсь увидеть его прямо сейчас. Пока я не встретилась с ним, пока не сделала то, что должна, у меня словно еще есть возможность быть с ним. Мечтать о том, что он не посмеется и не уйдет.

Но теперь я знаю, что не могу и дальше продолжать так жить.

Я должна рассказать ему.

Непрошеные слезы наполняют глаза, и я позволяю им скатиться по моим вискам.

В конечном итоге, женщины в моей семье всегда остаются ни с чем. Парни бросают нас, когда узнают правду. Вот только не уверена, смогу ли я пережить такое.

Я позволяю слезам затопить меня, оплакивая все, что, уверена, мне предстоит потерять, как только Коул узнает правду.

Но затем меня поражает мысль: возможно, он уже знает. Возможно, он увидел меня, прежде чем начал тонуть, прежде чем бездумно последовал в озеро.

Мои мечты и надежды, успевшие расцвети за последние несколько недель, сейчас увяли и погибли, утопая в моих слезах.

Я поворачиваюсь на бок, прижимая к себе подушку, и позволяю рыданиям сотрясать свое тело, плача так сильно, что становится трудно дышать. Я закрываю глаза, желая вернуть время на месяц назад, желая найти в себе силы с самого начала сказать ему то, что должна была.

На следующее утро я стою на школьном пороге перед входной дверью. Я не плавала вчера вечером, поэтому пребываю в дурном расположении духа. Я была близка к тому, чтобы поехать на озеро, но меня удержала вероятность столкнуться там с Эриком. Я бы позволила ему обнять меня, попытаться унять мою боль.

Я слабая. Слишком слабая. Поэтому я пряталась. И теперь мне нужно выдержать целый день занятий, а на часах только 8:00. Не представляю, как справлюсь с этим. Знаю только то, что после занятий вечером мне необходимо увидеться с Коулом.

Я задерживаю дыхание и открываю тяжелую входную дверь, попадая в шумный коридор. Вокруг меня носятся учащиеся, проталкивая себе дорогу к классам. Когда они проходят мимо меня, то не замечают изменений в моем взгляде, не видят, что я едва держусь на ногах. Я стискиваю зубы от боли. У меня такие ощущения, словно холл усеян осколками битого стекла и острыми жестянками, которые разрезают подошвы моих ног.

Появившаяся из ниоткуда рука сжимает мое запястье. Холодно, жестко, неприятно.

Я оборачиваюсь, подбадривая себя.

Но это не Коул. Это Эрик. Он странно смотрит на меня. В его затуманенном взгляде вспыхивает негодование.

– Ты должна была заехать сегодня утром.

Я дотягиваюсь своей свободной рукой к его и ослабляю хватку на моем запястье.

– Знаю, прости. Мне необходимо было уладить кое-какие дела. – Я встречаюсь с неожиданно надменным взглядом. И с трудом узнаю его сейчас. – Слушай, поговорим об этом позже. Ладно? Не сейчас. У меня слишком много дел.

В его глазах снова вспыхивает негодование, и внутри меня все сжимается. Я чувствую себя немного виноватой, но мне просто нужно пережить сегодняшний день и убедиться, что с Коулом все в порядке. Я все еще стою рядом с Эриком, настолько близко, что мне бы не понадобилось делать ни единого шага, чтобы поцеловать его, когда мой взгляд встречается с карими глазами Коула. В ту же секунду, как наши глаза встречаются, он быстро отводит взгляд в сторону и скрывается в холле. Эмоции внутри меня рвутся наружу.

Раздается пронзительный звонок, и нестерпимая боль раскалывает мою голову.

В тот вечер, когда от солнца остаются лишь оранжевые полосы на горизонте, я стою на пляже напротив дома Коула, мои кости и конечности все еще болят. Вижу, как за шторами в его комнате движется тень. Еще тридцать минут и я должна буду уехать. Неожиданно яркий закат озаряет большие грозовые облака, что собираются позади меня.

Уже должна была появиться на небе луна, но огромное скопление облаков заграждает ее. Мне необходимо плавать, но я не могу заставить себя уйти.

Налетает осенняя буря, и удар молнии над океаном освещает небо. Ветер треплет мои волосы, а позади меня разбиваются волны, дикие и непослушные. Холод пронзает меня сквозь мой голубой свитер, но я все еще стою и смотрю.

Дверь в его комнату распахивается. Мне хочется убежать, спрятаться, но я не двигаюсь. Я смотрю, как на небольшую террасу, что примыкает к его комнате, выходит Коул, останавливаясь ближе к дому, где навес защищает его от внезапного натиска дождевых капель, которые обрушиваются на меня.

Одна... Две...

Вспышка молнии рассекает почерневшее небо, освещая все вокруг, и в этот момент я понимаю, что Коул видит меня.

Он отклоняется назад и выключает свет на террасе, погружая себя в темноту, в то время как выходит под ливень. Его серая футболка моментально темнеет от дождя.

Мой свитер также промок, и даже мои кроссовки настолько влажные, что я могу ощущать воду на своих пальцах. Дождь такой, что за секунду промокаешь до нитки, а волосы превращаются в мокрые спутанные веревки. Мне нужно пошевелиться. Убежать. Скрыться. Но я застыла на месте, в то время как он сходит с террасы и идет по пляжу, а ветер продолжает завывать.