Белокорые березы закончились быстро, дальше пошли неизвестной породы гиганты в три обхвата, поросшие толстым слоем зеленого мха. Конские ноги проваливаются в листья так, что не видно копыт, зато в таком мрачном месте не растет трава и даже кустарник, потому видно на сотни шагов вперед.

Так мчались до позднего вечера, галопом пронеслись через пограничную с Уламрией реку, и уже почти в потемках Фицрой выбрал место для ночлега.

Могучий дуб, раскинувший ветви так, что легко укроет небольшое войско с конями и катапультами, принял и нас, ручеек дружелюбно позволил напиться холодной воды и ополоснуть ею разгоряченные морды.

И хотя выехали на рассвете, замок увидели чуть ли не к полудню. Фицрой уверял, что успели бы раньше, но похитители довольно умело запутывают следы, так что все хорошо, все равно нашли, следы ведут прямо к воротам замка.

Все-таки замок еще дважды напрочь закрывался лесом, дорога виляет, как пьяная, но наконец выплыл навстречу натужно величавый, напыщенный, с претензией выглядеть полузамком-полудворцом, из-за чего смотрится довольно нелепо.

Стража, однако, несет службу честно: нас заметили издали, успели переговорить между собой, а когда мы подъехали, ворота отворились без лишних расспросов сверху, кто и куды.

Фицрой сидит в седле вроде бы улыбающийся и довольный, подкручивает ус и уже высматривает женщин, но я успел его узнать чуть лучше, хотя до полноты далеко, вижу, как зорко замечает, где и сколько людей при оружии.

Из донжона вышел коренастый и широкий мужчина в одежде лорда, довольный и улыбающийся, слишком широко, на мой взгляд, сказал приподнято:

– Как же я рад, когда в мое заброшенное на край света гнездо заезжают гости!.. Могу я поинтересоваться…

– Глерд Юджин, – назвался я. – А это доблестнейший глерд Фицрой. Мы прибыли по неотложному делу…

Он сказал радостно и фальшиво:

– Прошу вас, заходите. Меня зовут Анжел Могеринс, я здесь хозяин, а это мои люди…

Я кивнул Фицрою, мы покинули седла, коней тут же увели, меня тут же посетило странное чувство, что больше нам их не видать, а хозяин с той же фальшивой улыбкой отступил от входа, приглашая идти впереди.

Холодом от него веет, но ничего жутко леденящего, а это значит только, что либо мы ему просто не нравимся, либо в дальнем родстве с убитым мною Джеймсом Велли.

Я сказал, не замедляя хода:

– Дорогой лорд Могеринс, мы, конечно, устали, как и наши кони, однако у нас неотложное дело…

Он прервал:

– Но по чаше вина выпить успеете?

– Это да, – согласился я. – Неотложность в том, что у меня гостила некая благородная глердесса.

Он плотоядно заулыбался.

– Поздравляю! Когда-то и я был молодым…

– Но вчера, – продолжил я, – пользуясь моим отсутствием в замке, ее нагло выкрали и увезли.

Мы прошли в небольшой и богато обставленный зал, лорд Могеринс пригласил нас жестом за стол, но Фицрой остался на ногах, поглядывая на меня.

Я сказал с нажимом:

– Лорд… у вас есть что-то сказать по этому поводу?

Он ответил почти весело:

– Глерд… все не так, как вы почему-то решили. Неужели я стал бы похищать эту глердессу… как ее имя?

– Николетта, – подсказал я.

– Николетта, – повторил он. – Да, что-то слышал, но детали не помню…

– Следы привели сюда, – напомнил я.

Он покачал головой.

– Это не мои кони. Мои не покидали конюшен. Проверить нетрудно. Поговорите с ними, они все расскажут, у меня кони умные…

Я стиснул челюсти, ублюдок уже издевается, и чем больше у меня на лице будет разрастаться выражение неуверенности, тем будет наглее.

Фицрой посмотрел на него, на меня, сказал неожиданно:

– Глерд, я вижу, вы очень хотите нам помочь.

– Да, – ответил Могеринс уже совсем издевательски, – очень даже.

– Мы хотели бы осмотреть помещения, – сказал Фицрой. – Так, на всякий случай. А то злые языки будут говорить, что вы помогали похитителям… а мы им возразим и защитим вашу честь. Как понимаю, абсолютно незапятнанную!

Могеринс дернулся, в глазах на миг промелькнуло нечто вроде страха, но тут же напыжился и произнес со всевозможной надменностью:

– Я бы рад пойти вам навстречу, но это оскорбительно для меня!.. Если вам недостаточно моего слова…

– Глерд, – прервал я, – я хочу поверить, но обстоятельства слишком уж… Нужно спасти глердессу. Потому либо мы проверим все помещения в этом замке…

Он усмехнулся, отступил на шаг, сказал уже совсем другим тоном:

– Глерд Юджин, я кое-что о вас уже слышал, но не думаю, что вы сами понимаете, что говорите. Вы являетесь в чужой замок всего лишь с одним человеком, угрожаете хозяину замка и делаете вид, что совсем не замечаете охрану.