– Гля-кась, а там вон еще одна, – нарушил молчание, в которое мы погрузились, возглас Лютера Тибри, помощника Джегара.

Все повернули головы в указанном направлении. Чтобы увидеть в другом дворе точно такую же пентаграмму с кривыми лучами и без какого-либо ограничивающего круга. Единственное – эта совсем старая была. Кровь – да, кровь, а не похожая цветом краска, – которой она была начертана, почернела, запеклась и перестала быть так отчетливо видна. Короткие столбы, закопанные, видимо, недостаточно глубоко, сильно покосились под грузом прикованных к ним выбеленных скелетов…

– Спасибо, Лютер, – поблагодарила его Кейтлин. – Эту я как-то из виду упустила. Наверное, потому, что она, в отличие от первой, уже практически не испускает эманаций смерти.

Я прислушался к своим ощущениям и согласно кивнул. Действительно, все так и есть, как говорит демоница. Недавняя пентаграмма куда сильней источает эманации тьмы. Хотя и старая пробирает неслабо. Даже странно, что я сразу ничего не почувствовал.

«Похоже, постоянное пребывание близ невероятно мощного источника магических эманаций весь нюх мне на это дело отбивает», – посетовал я про себя, косясь на свою ничего не подозревающую невесту.

– И на кой кому-то понадобилось тут подобное злодейство творить? Да еще и не один раз, – проворчал Джегар.

– Ну, затеяно все это неспроста, – задумчиво молвил я, не выдержав гнета взглядов, обратившихся отчего-то на меня. – Кто-то явно не желает, чтобы люд сюда совался лишний раз. С этой целью и развел здесь мертвяков. Для чего ему и понадобился круг обращения к Тьме. И в первый раз, и сейчас, когда, очевидно, изначально сотворенной нежити по каким-то причинам стало недостаточно для превращения всей округи в крайне негостеприимное место.

– Браво, Стайни! Я просто поражена стройностью твоих умозаключений, легко расставивших все по своим местам! – легонько похлопала в ладоши демоница, не упустив возможности подначить меня. Да еще не успокоилась на этом, зараза такая, а усмехнулась и тихонечко шепнула: – Больше я тебе ни за что не поверю, когда ты опять по своему обыкновению решишь прикинуться дурачком.

– Просто мне уже приходилось сталкиваться с чем-то подобным, – смутившись, сказал я в свое оправдание. – Когда мы в подземелье одного брошенного особняка, кстати говоря, расположенного в этой же стороне, натолкнулись на целую уйму нежити под предводительством лича. Там, оказывается, темные устроили что-то вроде места обмена с людоловами… С тюрьмой для пленников и с тайником, где хранилось золото.

– Так, может, и здесь у них такое логово имеется? – тут же весьма здраво предположил насторожившийся Джегар.

– Да кто ж его знает? Все может быть, – пожал я плечами.

– Тогда неплохо было бы сыскать его, – осторожно заметил Лютер, косясь на свою госпожу.

– Да, неплохо бы! – поддакнул кто-то из телохранителей.

– Было б это еще так просто сделать, – со вздохом протянул я, обводя взглядом ряды обветшалых домов.

Деревенька-то хоть и небольшая, но и не в одну улицу всего. Не день и не два понадобится, чтобы всю ее тщательно обыскать на предмет схронов-тайников. Тот фокус, что я провернул с помощью беса в подземелье, здесь полноценно работать не будет.

– А я думала, ты только обрадуешься этому предложению. Ты же у нас любитель поискать запрятанные сокровища, – не упустила возможности подтрунить надо мной суккуба, ставшая в последнее время такой язвительной, что просто страсть!

– Угу, только у нас с темными сильно разнятся понятия о настоящих сокровищах, – кисло улыбнулся я в ответ. И прежде чем моя невеста, недоуменно сведя точеные бровки, поинтересовалась, что я под этим подразумеваю, встрепенулся и обратился к ней: – Кейтлин, сотвори, пожалуйста, заклинание обнаружения живых!

Умная демоница. Жуть какая умная, этого у нее не отнять. Ей даже ничего не пришлось объяснять – с лету ухватила суть моего предложения. Не говоря ни слова, потянула из ременной петли на поясе пламенный жезл и в скором времени сотворила потребное заклинание, воплотившееся сиреневой дымкой, разлетевшейся от нас расширяющимся кольцом.

Опустив разгоревшийся в результате ее действий жезл, магесса замерла, словно бы прислушиваясь к себе, и медленно покачала головой:

– Нет, ничего… Ты ошибся, Стайни, здесь нет других живых людей, кроме нас.

– Да это, в общем-то, и к лучшему, – облегченно вздохнул я, уже было распрощавшись с надеждами на спокойную охоту. Увы, но обнаружься здесь узники темных, пришлось бы нам разворачивать отряд и возвращаться в Римхол. Не бросишь же спасенных людей на произвол судьбы.

– Так а что делать-то будем со всем этим? – привлек наше внимание негромко кашлянувший Лютер, кивая на свежую пентаграмму. – Нельзя же оставить все как есть.

– Ну, по-хорошему следовало бы дернуть сюда отцов-инквизиторов. Чтобы они тут все осмотрели и провели, как полагается, ритуал очищения, – начал вслух размышлять я.