В столовой был накрыт стол, рядом стояло четыре стула. За каждым стулом застыли слуги в синих передниках. Виктория про себя усмехнулась. Вот сейчас и проверим, как официанты усвоили уроки. Если Рэй с Ивертом и были удивлены, то виду не подали. Зато барон Линь следил за происходящим с нескрываемым интересом. Конт подошел к столу и непринужденно присел на стул, дождавшись, когда слуга его подвинет. Остальные последовали его примеру.

– Ну что же, выпьем за твое здоровье, друг! – Барон нетерпеливо потянулся к кувшину.

Алан укоризненно на него посмотрел и махнул слуге. Стоящий за стулом барона парень с улыбкой налил вино в высокий кубок и, наклонившись к уху Кайрата, поинтересовался:

– Кир Кайрат, что желаете откушать? Рекомендую баранину под травяным соусом, она сегодня очень нежна.

Линь от удивления только кивнул головой. Виктория про себя хохотала. Небрежно указав своему официанту на мясо и запеченные овощи, она произнесла:

– Не очень много, любезный, я не хочу наедаться на ночь.

Следом за контом и остальные сделали свой выбор. Да, официанты были вышколены отлично. Осталась мелочь – вышколить так же местную знать. А то вон ест руками и ложкой, словно никогда не видел в глаза вилку. Ну и что, что она двузубая, но ведь вилка же! Кстати, надо поговорить с кузнецом и уточнить, как там продвигается ее заказ.

Кайрат смотрел на конта с нескрываемым удивлением, а Алан непринужденно и легко орудовал вилкой и ножом. Уж это умение Виктории привили с детства. Отец никогда не садился за стол, если он не был полностью сервирован.

– За дружбу! – Конт поднял кубок.

Три взгляда не отрываясь следили, как Кайрат с удовольствием допивает вино.

– Все же это лучшее вино на фронтире, – произнес барон, подставляя кубок слуге и с удовольствием наблюдая, как в него льется янтарная жидкость.

Конт переглянулся с Ивертом и отпил из своего бокала. Хорошо, что Райка смогла найти еще два неучтенных бочонка этого вина. После того как Алана едва не отравили, она устроила настоящий обыск и обнаружила в кабинете отца маленький погребок, в котором стояли в ряд небольшие бочонки. Семон их все проверил, и теперь Виктория безбоязненно пила вкуснейшее на фронтире легкое вино. Именно об этом ей шептал на улице Берт. Вино напоминало «Сангрию» – слабое, с привкусом меда. Действительно, очень вкусное. Глядя на хозяина, и остальные гости потянулись к кубкам. Постепенно разговор перекинулся на события, произошедшие в Рогане. Кайрат интересовался всем – кто поднял бунт, кого конт казнил, не будет ли продавать рабов и если будет, то по какой цене? Виктория сделала неприятный вывод: барон знал не меньше, чем она, а может даже больше. Ему уже было известно о смерти младенца, и теперь он спрашивал, не хочет ли конт продать замок и земли. Затем разговор плавно перешел к предстоящему приему. Барон был дружелюбен и весел, а конт задумчив и серьезен.

Виктория думала. Если Линь прислал чистое вино, а судя по его поведению, так оно и было, то, значит, его отравили уже здесь, в Крови. Когда? Сразу по прибытии или непосредственно перед тем как налить конту? Но если отраву всыпали позже, это могли сделать только кухарки или Саника. Райке она верила как самой себе, а вот Саника и девушки…

Видно, такие же выводы сделал и Рэй, потому что он исчез еще до того, как конт пошел провожать «друга».

А еще Виктории не давал покоя брат Искореняющий, и именно к нему она направилась, когда Линь наконец-то собрался уезжать.

– Что привело тебя в Кровь, брат? – обратился конт к сидящему на высоком рыжем жеребце ксену.

– Я привез письмо для брата Турида. – Голос из-под капюшона звучал глухо и незнакомо.

– Я хочу видеть твое лицо. – Боковым зрением конт заметил, как в раскрытые ворота выезжают воины барона и его пассия, ксен тоже развернул коня, но Алан ухватил лошадь под уздцы, не давая ей двигаться. – Открой лицо, брат.

Ксен наклонился и протянул конту какой-то предмет, Алан машинально его взял. Тяжелый.

– Берегите спину, кир Алан, – тихо произнес ксен и сильно ударил коня пятками.

Конт, чертыхаясь по-русски, отскочил в сторону, чтобы не быть снесенным рванувшим вперед жеребцом. Вот наглая сволочь! Он в сердцах швырнул на землю скрученные ножные кандалы.

«Нет, Алвис великолепен, – восхищенно подумала Виктория, провожая взглядом удаляющегося всадника. – Как жаль, что мы по разные стороны баррикад».

– Турид! – От вопля конта завыли тау.

Да уж, глотка у него нынче луженая. Может, попробовать петь? Неясно, как там со слухом, но с громкостью все в полном порядке.

– Кир Алан, дети, между прочим, спят, а вы орете. Учитесь смирению и сдержанности, и Ирий будет к вам благосклонен.

– Письмо, которое тебе привез брат Искореняющий. – Конт выбросил вперед руку в жесте, не терпящем возражений.

Видно, что-то в лице Алана дало понять Туриду, что сейчас лучше не пререкаться. Он молча протянул сложенный вчетверо листок.

«Повелеваю прибыть в столицу для получения нового назначения. Ваш преемник уже в пути. Брак с баронессой Литиной Ситко разрешаю. Приближенный к стопам Его…»