Ревизия выявила большую недостачу. Деньги, выделяемые на содержание отряда стражи, уходили лично капитану в карман. Но поля были засеяны, в озере, которое располагалось на территории баронства, водилась рыба, и Найк с оптимизмом смотрел в будущее. Он развил бурную деятельность, за эти дни набрал людей и довел количество воинов до тридцати пяти человек. Нанни везла с собой отчет наместника, в котором он просил разрешения продавать лес, построить мыльню и привлекать к воинской службе рабов. Вместе с Нанни в Кровь ехали и музыканты. Трое худых мужчин в замызганных серых одеждах и хрупкая девочка-подросток с глазами старухи. Они тряслись в громыхающей позади отряда телеге. Там же были навалены бочонки, коробки, свертки. На вопрос, что это, управляющая ответила, что она кое-что прихватила из Рогана. Там, мол, все равно валялось, а в Крови пригодится. Виктория не стала расспрашивать. Ее волновал Ольт, но, когда она спросила о мальчишке, Нанни не преминула напомнить конту, сколько раз она предупреждала, что это недостойная Дарена компания. Слишком нагл и самоуверен.

– Нанни, ты не права. Ольт хороший мальчик, просто он, э-э-э… – Конт махал в воздухе рукой, не зная, как сказать «непосредственный». – Активный, быстрый, мало думает, но он добрый. Помню, как он защищал Тура, когда мы впервые столкнулись.

– Это не оттого, что он умен, – поджала губы Нанни.

Мальчишке пришлось тяжело. Найк выполнил приказ Дарена буквально. Перед всеми слугами и рабами он зачитал, за что наказан юный раб, затем велел ему носить до вечера дощечку с надписью «предатель». Паренька определили на работу в хлев – в пару к слабоумному мужику. С ним никто не разговаривал, рабы его сторонились, а слуги смотрели свысока. Кто же любит неудачников? А переход из разряда личных слуг в разряд свинарей, по общему мнению, не говорит о большом уме. Нанни разговаривала с парнем перед отъездом и пообещала ему спросить у конта разрешения тренироваться с воинами. Виктория выслушала кормилицу с каменным лицом, хотя в душе рыдала от жалости. Она даст такое разрешение. И поговорит с Дареном.

Перед Кровью горцы со свистом и улюлюканьем покинули их небольшой отряд, на прощанье пожелав всем доброй охоты.

– Открыть ворота! Хозяин в замке!

Их встречали. Барон Кайрат Линь в обнимку с потасканной грудастой дамочкой стоял рядом со здоровым, гладковыбритым, смутно знакомым лысым мужиком. На поясе лысого висел полуторник, мужчина скрестил на груди руки с вздувшимися бицепсами и, нахмурив белесые брови, смотрел на конта сердитым взглядом. Чуть позади тихо беседовали два ксена. Один из них был Турид, а вот второго Виктории рассмотреть не удалось. На его голову был наброшен капюшон бесформенного балахона. На крыльце кухни, словно солдат на посту, возвышалась Райка с очень недовольным выражением лица. Ее злой взгляд буравил спину барона. Виктория обратила внимание, что к коновязи у ворот привязано семь лошадей, а насчитала она четверых гостей – Кайрата, ксена, лысого и дамочку. Значит, где-то еще трое.

– Алан, дружище! – радостно воскликнул барон, направляясь навстречу конту, но остановился, не доходя нескольких шагов, напоровшись на ряд ощерившихся мечами воинов.

Конт не спеша помог Нанни выбраться из коляски и только после этого тихо скомандовал:

– Убрать оружие, но не расходиться.

– Райка! – заорал он. – Вина моему другу барону Линю!

Райка понятливо кивнула и исчезла в кухне.

– Какими судьбами, кир Кайрат?

– Мы ехали из Сосенок, там сегодня была большая ярмарка. У Сонного дерева повстречали брата Искореняющего. Он вез в Кровь письмо. Вокруг неспокойно, вот мы и решили проводить ксена, а заодно заехать к тебе в гости. Говорят, ты был на смотринах? И как, присмотрел себе горную козочку? – Барон довольно-таки сильно ткнул конта кулаком в плечо и весело хохотнул.

Алан изобразил на лице светскую улыбку. Интересно, почему их не встречает Рэй? Срок заключения у капитана уже истек, и его отсутствие вызывало в душе неясную тревогу. Рядом замер Иверт, Виктория ощущала тепло его тела, и это придавало уверенности.

– Найди Рэя, – тихо попросила она.

Игуш посмотрел на конта с недоумением, а затем громко расхохотался, привлекая к себе всеобщее внимание. Брат Турид тотчас поджал губы и что-то горячо зашептал собеседнику, размахивая руками. Явно ябедничал.

– Ураган, хватит ржать, как кобылка кира Дарена! – Лысый великан, до сих пор молча наблюдавший за встречей «верных друзей», направился к ним, обтирая о штаны толстую кривую морковку. По этой морковке конт и узнал своего капитана. – Добрый вечер, кир Алан.

– Рэй?

Виктория растерянно смотрела на воина. Он очень четко исполнил приказ конта и сбрил все! Не только бороду и усы, но и густые волнистые волосы, о которых она тотчас пожалела. Ой, мамочка, что же ей скажет Райка! Пожалуй, стоит воздержаться от посещения кухни. И, как назло, сразу же забурчало в животе.

– Зачем ты сбрил волосы?

– Вы же приказали, – пожал плечами великан, откусывая от моркови большой кусок. – И знаете, кир Алан, вы были правы. Так намного удобнее.

К ним подбежал Берт, на ходу завязывая пояс. Он низко поклонился конту, косясь при этом на Нанни.

– Ужин накрыт, господин. Позвольте мне сказать вам несколько слов наедине. Это касается вашего сына…

Они отошли в сторонку, и Берт что-то быстро зашептал. Конт, внимательно его выслушав, улыбнулся и кивнул.

– Иди и поздоровайся с матерью. Кир Кайрат, приглашаю выпить со мной того вина, что ты прислал мне, когда я болел.

– Неужели «Золото долины»? – Барон радостно потер руки, устремляясь за контом. – Не думал, что ты его до сих пор не откупорил.

Его дама растерянно похлопала глазами, но приглашения так и не дождалась.

Странно он себя ведет. Насколько удалось выяснить Виктории, от настойки нет противоядия. Неужели они ошиблись?

– Иверт, Рэй, присоединяйтесь.

Проходя мимо ксенов, конт бросил внимательный взгляд на Искореняющего, но тот еще ниже опустил голову, не давая не единого шанса рассмотреть, кто скрывается под капюшоном. И чего она нервничает? Не может быть, чтобы Алвис рискнул появиться в Крови после всего, что случилось.