Филя опять помолчал.

– Ты изменился.

– Да ладно тебе, – махнул рукой следователь. – Это просто ты всё забыл.

– Я не забыл. Я тебя помню… Слушай, ты не знаешь, как я сюда попал?

– Знаю.

– Расскажешь?

– Не сейчас.

Филя отложил эскиз, который держал в руке, и внимательно посмотрел на следователя.

– Почему?

– Я здесь не за этим. – Толик достал из кармана удостоверение. – Мне надо тебя допросить.

Филя смотрел на имя в раскрытой перед ним красной корочке, на фотографию, сделанную, очевидно, несколько лет назад, но все равно не мог вспомнить этого Толика.

– Не напрягайся, – догадался тот о причине молчания. – Мы в параллельных классах учились. Ты мне однажды десять рублей дал. Большие деньги, между прочим, по тем временам.

– За что?

– Наш класс по школе тогда дежурил, а я тебя в туалете с сигаретой поймал. Ты решил откупиться.

– Взятка должностному лицу?

Толик мелко и как-то очень отрывисто засмеялся.

– Вроде того. Но если хочешь, могу вернуть. Тогда будет не взятка. Просто как бы взаймы.

– Мне все равно. Ты о чем хотел разговаривать?

– Так ты вспомнил или нет?

Толик испытующе смотрел на Филю. Судя по всему, для него это было важно.

– Вспомнил, конечно, – соврал Филя. – Как такое забудешь? А ты теперь, значит, вышел на новый уровень. По школьным туалетам пацанов больше не ловишь.

– Нет, – снова засмеялся Толик, и в неприятном смехе его отчетливо было слышно, что он доволен собой. – Мы теперь только по крупной рыбе.

– Кто это мы?

Толик слегка опешил.

– Ну, в смысле, я… Просто «мы» – это так говорится.

У него в лице у самого было что-то рыбье, и в моменты легкой растерянности это сходство проступало сильнее. Филе даже показалось, что он припоминает его. Был в школе кто-то похожий на рыбу.

– Ясно, – протянул Филя. – А то я подумал – вас тут много… Слушай, ты не в курсе, что со мной было вчера? Больно мне почему-то. Прямо по всему телу.

– Ты обморозился. Не в той одежде к нам прилетел. Да к тому же на ГРЭС авария.

– Авария? То-то мне вчера показалось… Странно все как-то было. А собака моя где?

– Не знаю. Я в доме собаки не видел.

– Понятно. А выпить тут есть?

– Данилов не пьет.

– Кто это?

– Хозяин дома.

– Ну, может, он для гостей держит. Слушай, сходи, поищи. А я пока с эскизами поработаю. Или купи. У меня вон там в пиджаке должны быть деньжата.

Толик не двинулся с места. Он молча смотрел на Филю, и, пока его взгляд наливался холодом, сам он тоже заметно менялся в лице. Из говорливой, немного пучеглазой, но при этом вполне симпатичной рыбки он превращался в губастого злобного ерша. На спине у него практически зримо встопорщился доисторический колючий плавник, бесцветные глаза округлились и стали поблескивать серебром, а губы некрасиво раздулись. До этого момента ему нравилось болтать с Филей, нравилось вспоминать. Он был доволен тем, что знаменитый однокашник отметил его жизненный рост. Однако стоило задеть его, проявить, как Толику показалось, пренебрежение, и он тут же ощетинился, немедленно стал самим собой. Его влажный, поблескивающий холодным металлом взгляд ясно говорил – со мной так не надо, школьные времена прошли, теперь меня замечают, я больше не пустое место.

Едва превращение в злую рыбку закончилось, Толик приступил к допросу.

– Ты был в машине с Неустроевыми, когда они ездили за реку?

– То есть за выпивкой ты не пойдешь? – загрустил Филя. – Может, хотя бы пива?

– Еще раз повторю свой вопрос. Ты ездил с Неустроевыми за реку сразу после того, как прилетел?

– Неустроевы – это Павлик и Зинаида, что ли?

– Да. И они утверждают, что ты был с ними.

– Ну, был. Просил в гостиницу меня отвезти, а они потащились на ту сторону.

– Зачем?

– Деньги какие-то везли. Сказали, что срочно.

Толик вынул из кармана блокнот и сделал в нем пометку.

– А что произошло на обратном пути?

Филя подумал немного, потом скривил губы и приподнял плечи.

– Ничего… А нет, вспомнил. На портовской трассе чуть не врезались в Риту. Летела как ведьма на шабаш.

Толик покачал головой:

– Нет, я имею в виду – до этого.

– До этого?… Ничего. Просто ехали.

– А на реке?

– Что на реке?

– Вы встретили кого-нибудь на реке, когда возвращались на эту сторону?

Филя вздохнул и прикрыл на секунду глаза. Под веками поплыли разноцветные шарики.

– Слушай, я чего-то устал. Давай потом… Или лучше узнай всё у них, у Неустроевых. Они смешные… И наверняка больше, чем я, помнят. У меня в последнее время, знаешь, проблемы с памятью…

– Павел Неустроев признаёт, что на обратном пути вы проехали мимо потерпевшего аварию автомобиля.

– А-а, ну да. Был там один чудак, соскочил с трассы. Вишневая «десятка», по-моему.