До самого Грэнтема бедняга Джон Беллоу находился в полном сознании и не таил ни страха, ни боли. Отдельный от прочих мир Джейн и Джулиуса распался, они могли только обмениваться вежливыми фразами о расстоянии и погоде. Когда же впереди замаячил город, невысказанная тоска по утраченным возможностям стала острее, чувство невосполнимой утраты охватило, взяло в петлю их обоих.

На постоялом дворе они расстались, и Джейн больше не видела Джулиуса вплоть до благополучного прибытия первой группы попутчиков, включая Сесилию и дядюшку Лидбеттера с племянницей. Джулиус отвесил обеим женщинам вежливый поклон.

– Доброго дня, мисс Грейнджер. Мисс Эванс, рад видеть вас в добром здравии.

– Пять часов пролетели незаметно, милорд, – отвечала Сесилия. – Я попросту спала. Нас довезли без происшествий. Не представляю, каких издержек вам стоило столь быстро отрядить людей и транспорт.

Джулиус только рукой махнул – дескать, пустяки.

– Я слыхал, чета Бейли едет следующим дилижансом. Пойду встречу их. Однако должен предупредить вас, леди: все дилижансы до Лондона отменяются. Лучше вам передвигаться на лошадях. От Грэнтема путь верхом не столь труден. Впрочем, я уже взял на себя смелость выбрать двух крепких жеребчиков – на случай, если вас это устроит. Кстати, больше лошадей нет.

– А как же вы продолжите путь?

– Вам важнее скорее добраться до Лондона, чем мне. Вас ждет супруг, – отвечал Саквилль, и Джейн уловила в этих словах затаенную боль. Видимо, они нелегко дались Саквиллю. Он откашлялся и обратился к Сесилии. – Полагаю, вам удалось выспаться впрок, мисс Эванс, – произнес он, чуть улыбнувшись. – Вероятно, происшествие, случившееся на подступах к Грэнтему, скоро изгладится из вашей памяти, – продолжал он, избегая глядеть на Джейн. Впрочем, она и так чувствовала, что посыл фразы предназначается для нее.

– Вы очень добры, милорд. Пойду заберу наш багаж, чтобы мы сразу же тронулись в путь.

Они снова остались одни. Джейн поняла: больше такого случая не представится.

– Джулиус… быть может, в другой жизни все будет иначе… Я знаю, вы верите в судьбу; но верите ли вы в другие реальности, в другие миры?

Губы Саквилля тронула непривычная для него улыбка.

– Я никогда не думал о других мирах, но сейчас мне бы хотелось верить, что в другом мире мы с вами могли бы… – Он осекся, смущенный.

Джейн поспешила заполнить неловкое молчание:

– В другом мире живет женщина по имени Джейн Грейнджер, и ей очень жаль, что она не может узнать вас поближе. Не забывайте ее. Наверно, именно об этом я просила вас сегодня.

– Могу ли я ее забыть? Ведь она оживила часть моего сердца, которую я привык считать мертвой. – Саквилль посмотрел на Джейн. Лицо у него было как тогда, в приюте дровосеков, перед решающим шагом.

– Не произносите это слово, Джулиус, – взмолилась Джейн.

– Тогда я скажу, что надеюсь на нашу встречу, моя храбрая Джейн.

– И я надеюсь, – вымучила Джейн вопреки воле Уинифред, одолеваемая чувствами, которые не смела анализировать. – Вот, возьмите на прощание. – Она неловко протянула Саквиллю миниатюрный стеклянный флакончик. – Я достала это из дорожной сумки. Надеюсь, эта мелочь станет для вас источником приятных воспоминаний.

Аромат просачивался сквозь плотно пригнанную стеклянную пробку.

– Но ведь вам самой нужны духи…

– У меня есть второй флакон. А этот пусть останется у вас.

– Этими духами я орошу подушку и буду воображать, что вы рядом со мной, – пообещал Саквилль. Голос его сорвался от сдерживаемых эмоций.

Возвратилась Сесилия, и Саквилль был вынужден отвести глаза от Джейн.

– Берегите вашу госпожу, мисс Эванс, – сказал он почти деревянным голосом, пряча флакончик в карман, и слегка поклонился Сесилии.

Сесилия позволила себе вольность, не предусмотренную этикетом, – по-сестрински обняла Саквилля.

– Надеюсь, вы не против, милорд, – сказала она в ответ на его изумленный взгляд. – Я обнимаю вас за нас обеих, ибо мы слишком многим вам обязаны.

Явился слуга, доложил, приподняв шапку:

– Все готово, милорд.

– Спасибо, – бросил Саквилль. Когда слуга ушел, он позволил себе скрипнуть зубами. – Что ж, мне пора, леди.

Джейн протянула руку в перчатке – она не собиралась давать Сесилии повод для подозрений.

– Путешествовать с вами было истинным удовольствием, сэр, – сказала она, позволив себе дождаться многозначительной улыбки Саквилля.

Он взял ее пальчики, склонился над ними, нежно поцеловал.

– Мисс Грейнджер, я вечно буду помнить вас, – молвил Саквилль, как бы подтверждая данное ранее обещание.