– Я не могу тебе сказать этого! – откликнулась одна из лошадок. – Я знаю лишь, откуда ты пришла. Ты должна посмотреть наверх, чтобы посмотреть вниз.

– Посмотреть наверх, чтобы посмотреть вниз? Я не понимаю… Куда мы идем?

– Это ты должна выяснить сама! – отвечала маленькая лошадка. – Ведь это ты – вожак Первого табуна.

Эстрелла чувствовала отчаяние. Она хотела задать и другие вопросы, про луга со сладкой травой, про Первых Лошадей… но тут призрачные лошадки стали таять в воздухе, и вскоре Эстрелла осталась одна. Олененок тоже исчез.

– Что это ты там бормочешь? – сердито спросила Асуль и боднула Эстреллу головой в бок. Эстрелла ахнула, покачнулась – и едва не врезалась в Эсперо.

– Что происходит? – сердито пробурчал жеребец.

Эстрелла растерянно оглядывалась вокруг. Как она вернулась? Мгновение назад она находилась в призрачном городе духов, разговаривала с Олененком и Лошадкой – и вот она уж здесь, вместе со своим табуном. Эстрелла не помнила, как вернулась из Города Духов…

– Где они? – прошептала она.

– О, Пресвятая Дева, опять она бормочет! – сердито воскликнула Асуль.

Эсперо строго посмотрел на нее.

– Мы так не говорим.

– Что ты имеешь в виду?

– Мы не клянемся Пресвятой Девой. Мы находимся в Новом Свете и новом мире. У нас во рту больше нет мундштуков, наши тела и головы свободны. Мы не под седлом. И мы забыли о богах испанцев.

– Но Эстрелла всю ночь что-то бормотала!

– Не могла я бормотать! Меня здесь не было! – вскинулась Эстрелла.

Эсперо растерянно моргнул. Он мог поклясться, что всю ночь Эстрелла проспала рядом с ним.

– Где же ты была? – спросил он.

– Я ходила в Город Духов.

Остальные лошади зафыркали и захрапели.

– Правда? – Вердад выглядел потрясенным.

– Почему ты меня с собой не взяла? – обиделся Селесто.

– Вы все боялись идти туда. Я пошла одна.

– Пошла и вернулась безумной! – выпалила Асуль.

– Тихо, тихо! – сурово поднял голову Эсперо. – Обойдемся без оскорблений.

Асуль фыркнула и отправилась к зарослям бизоньей травы, бормоча себе под нос:

– Оскорбления! Я просто называю вещи своими именами. Эта девчонка безумна. Вот и все.

Они оставили Горд Духов далеко позади, но на всем пути им все чаще встречались изображения маленькой лошадки. Эстрелла считала это добрым знаком и подтверждением того, что они идут правильной дорогой. Аромат далеких сладких трав временами становился слабее и даже исчезал вовсе, но теперь кобылка была уверена, что они идут по следам Древних. Однако остальные лошади равнодушно шли вперед, не обращая внимания на рисунки на камнях и скалах, и это нервировало Эстреллу.

– Стойте! – закричала она, не в силах больше смотреть, как они проходят мимо рисунков.

Эстрелла остановилась перед изображением маленького табуна, словно танцующего на поверхности плоского камня под не слышную остальным музыку. Картинка была очаровательна…

– Ну что еще? – спросила Асуль. – Там, впереди – вода, а я хочу пить.

– И я хочу! – подхватил Вердад.

– Скажите, что вам напоминают эти рисунки на камнях? – спросила Эстрелла.

– Рисунки? Они больше похожи на царапины! – презрительно оттопырила губу Асуль.

– Нет, не так. – Эсперо подошел ближе. – Это животные… у них четыре ноги… Форма головы… они похожи на…

– Лошадей! – обрадованно вскричала Эстрелла.

– Ну вот еще! – не сдавалась Асуль. – Они же совсем крошечные! Больше похожи на муравьев.

– Больших муравьев! – предположила Корасон.

– Это не муравьи! – запротестовал Грулло. – У муравьев больше четырех ног. Уж я их повидал в своей жизни. Эти похожи на лошадь, ту, которую нам показывала Эстрелла. Только нет тех блестящих камней.

– Что ж! – в голосе Асуль звучала злая насмешка. – Если это и лошади, то довольно жалкие.

– Ты действительно так думаешь? – прищурилась Эстрелла.

Асуль прижала уши и сделала шаг назад. Она была старше и крупнее Эстреллы, но чувствовала некоторую неуверенность. Остальные лошади молчали.

– Говори за себя, Асуль! Ты ведь видела ту лошадь на камне с кристаллами. Я говорила вам…

– Ты говорила нам то, что выдумала! – прервала ее чалая.

– Я ничего не выдумывала!