Все равно.. Даже если и так.. Я так злилась на графа последние несколько дней, мне было так плохо и больно, что я просто не могла сразу взять и простить, все забыть и вычеркнуть из памяти... Отголоски боли еще жгли маленькими угольками в груди...

– Мне просто необходимо поспать, - устало произнес Макс, - иначе я свалюсь прямо в карете... Мы остановимся в ближайшей приличной гостинице...

Граф взял нам одну совместную спальню с купальней и уборной. Я заметно напряглась, настороженно посматривая на мужа.

– Не бойтесь, сейчас мне нужны только ванная и кровать, - сказал граф усмехаясь.

– Почему же вы не взяли два номера?
– вспыхнула я.

– Лучше, чтобы ты была рядом. А то опять куда-нибудь сбежишь, лови потом...
– пробормотал граф и пошел мыться.

Я еще не знала, как относиться к происходящему. Одна кровать, мужчина рядом. Точнее муж... Так странно - я замужем уже два года... "И до сих пор девственница" - хмыкнула я... Разделась, натянула ночную рубашку и залезла под одеяло... Граф пришел, благоухая мылом и чистым острым запахом предгрозового неба...

– Я говорю вам сразу, чтобы потом не возвращаться к этому разговору, - серьезно произнес Макс, я повернулась к нему, подняв голову, - я прощаю вашу измену с герцогом... Признаю, я сам виноват... Что не сказал вовремя о том, что мы не разведены, виноват, что позволил Элеоноре обнимать себя в театре... Но предупреждаю - больше, я не потерплю никаких мужчин рядом с вами. Иначе, запру в замке до конца жизни.

Я отвернулась и уткнулась в подушку... Он прощает мне измену... Как великодушно... Очень хотелось плакать. Закусив губу, я тихонько обиженно сопела.... Погасли свечи, прогнулась с другой стороны кровать. Твердая рука крепко обхватила талию и по-собственнически притянула к горячему телу. Я испуганно замерла. "Спи, Алекс. Я просто обнял свою жену", - мягко прошептал на ухо Макс, и почти сразу глубоко задышал, мгновенно вырубившись...

Я немного поерзала, устраиваясь удобнее... Столько событий произошло за эти несколько дней, в голове не укладывается... Страшный удар по самолюбию, безудержная ревность, побег из дома, бешеная езда к границе, приезд мужа, уверенного в моей измене, грустный, опустошенный вид Саймона, наш разговор, отъезд вдвоем с графом... Столько трагичных и болезненных событий, а я лежу в теплом коконе обнимающих меня рук и мне так приятно и спокойно... И когда я уже засыпала, я с удивлением обнаружила, что мои губы расплываются в счастливой улыбке... Странно...

Мне было хорошо. Так прекрасно и восхитительно, как бывает только в глубоком счастливом детстве. Когда ты абсолютно уверен в будущем, уверен в сильной, бескорыстной и нерушимой родительской любви, уверен, что все в мире для тебя одной... Я плавала в океане спокойствия и нежности. Теплая чистая вода щекотала пальцы ног, ласково обнимал плечи летний ветерок. Тело стало легким и невесомым, как перышко, наполненным ярким счастливым светом. Странное блаженство и нега растекались под кожей...

Я еще сладко спала, но уже чувствовала на талии и бедрах горячую ладонь с загрубевшими подушечками мозолей, царапающих мою кожу, обжигающие губы, покрывающие шею и затылок легкими нежными поцелуями, чувствовала твердые жесткие пальцы, выводящие узоры на животе и груди. Пальцев на руке было два, и этот знакомый диссонанс и заставил меня стремительно выкарабкаться из пут сна....

Открыв глаза я уткнулась ярко-синие горящие глаза лежащего напротив графа. Он смотрел на меня с каким то неподдельным наслаждением, как будто бы одно созерцание сонной меня делало его счастливым...

Сознание раздвоилось. Тело еще пребывало в блаженной неге, наполненное сладким тягучим удовольствием, а мысли уже испуганно заметались, осознавая, что я лежу в тоненькой ночной сорочке, раскрытая, с горящими щеками, рядом с почти обнаженным мужчиной... Я судорожно начала отползать к краю кровати, правая рука мужа еще по привычке потянулась за мной, что бы потом бессильно упасть на постель. Я видела, как медленно гаснут, наполняются печалью и тоской синие глаза мужчины....

– Ты любила его?
– с затаенной болью тихо спросил граф..

– Кого?
– я уже надела пеньюар и шла в умывальню, когда вопрос мужа заставил меня недоуменно обернуться.

– Саймона.

– Нет, не любила, - глухо ответила я, - мы были только друзьями.

– Так зачем же ты сбежала с ним?
– саркастически произнес Макс, и уже громче, - глупая, взбалмошная девчонка! Ты бы только знала, что я передумал за эти два дня, когда догонял вас...