Кристиан смотрел на него вопросительно, сложив руки на груди. На щеках еще поблескивали мокрые дорожки, совсем не увязываясь с устрашающим образом мужчины.

— Не хочу, чтобы ты убил кого-нибудь, – не сразу ответил Виктор, немного смутившись. Он понимал, что даже самые суровые и черствые мужчины иногда плачут, но не верил, что такой, как граф, способен на подобную слабость.

— Поэтому пришел сюда, чтобы я смог убить тебя самого? – усмехнувшись, поинтересовался Кристиан, переводя взгляд на бескрайние просторы.

— Ты не убьешь меня, хватит этой бравады, Николь тут нет, – ответил король, не уступая в холодности тона.

— С чего ты решил, что мне нужны зрители? – граф пошел прочь, еще удаляясь от лагеря.

— Куда ты собрался? – Виктор пошел следом. – В Вандершир?

— Отстань, чего ты хочешь от меня? – отмахнулся Кристиан, но голос его дрогнул и он не договорил.

— Не знаю, – ответил король, следуя за ним, как тень. – Наверное, все же хочу быть твоим другом.

— Еще не хватало, – зло огрызнулся мужчина. – Зачем тебе друзья, у тебя есть Николь и корона?

— Может, мне этого мало? – ответил Виктор, глядя на его спину. Кристиан нервно рассмеялся.

— Отличные мы будем друзья, – обернувшись, сказал он. – Король Вандершира и демон-голодранец.

— Ты мой министр, – напомнил король, нахмурившись. – Будешь получать приличное жалование, и замок твой отстроим.

— Да к лешему это все и замок, и жалование, – граф резко опустился на землю, словно устал идти, и закрыл лицо руками, уперев локти в колени. – Зачем мне все это теперь? У меня никого не осталось.

Виктор молчал, постояв над ним в нерешительности.

— У меня нет женщины, для которой нужно стараться, – продолжал Кристиан, тихо бормоча себе под нос. – Теперь и матери нет. Остался только бастард.

Король тоже сел напротив, но не отвечал. Слова утешения тут звучали бы неуместно и жалко.

— Была бы жива его мать, я, наверное, женился бы на ней, – графу было все равно, отвечает его собеседник или нет, главное, что слушает. – Но и она погибла от рук разбойников, разоривших мои земли. Я даже к Бьянке посватался от отчаяния.

Виктор хмыкнул.

— Да, вот до чего вы меня довели, – Кристиан посмотрел на него осуждающе. – Посватал эту неуравновешенную особу. Так она мне таких комплиментов наделала.

Граф покачал головой, вспоминая разговор с княжной.

— И она права, я во всем с ней согласен, – добавил он.

— Знаешь, тогда на корабле, когда мы плыли в Иджу, я застал Николь в таком же состоянии, – заговорил Виктор после паузы. – Она стояла у борта и, я готов поклясться, еще минута и она бросилась бы в воду.

Кристиан посмотрел на него, вспомнив слова матери о том, что Виктор спас Николь от гибели, когда никому до нее не было дела.

— Она была такой напуганной, боялась, что я раскрыл ее замысел, боялась меня, представляешь? – усмехнулся король.

— Прекрасно представляю, меня она тоже боялась поначалу, – ответил граф.

— Я сам тогда думал, как здорово было бы плюнуть на все и пустить себе пулю в голову, – Виктор опустил глаза, разглядывая траву, на которой они сидели. Вокруг было множество мелких белых цветочков, отражавших свет луны и звезд, словно луг был занесен снегом.

— Чего ж не пустил? – спросил Кристиан серьезно.

— Я понял, что от меня зависит слишком многое и многим людям я небезразличен. Это было бы малодушно и бесчестно по отношению к ним, – ответил король, взглянув на собеседника. – Всем бывает плохо, нужно переждать.

— Вряд ли кто-то будет долго печалиться по мне, – граф покачал головой, пытаясь вспомнить своих немногочисленных друзей. – Может, Гордон. Он хороший парень, но его личная жизнь быстро сотрет из памяти воспоминания о неудачливом друге. Бьянка тоже поплачет.

— А Николь? – спросил Виктор. – Думаешь, она тоже поплачет и забудет?

— Не знаю, – граф задумчиво обрывал цветочкам головки и разбрасывал вокруг. – Я до сих пор не знаю ее. Она всякий раз меня удивляет. Может, забудет, а может, и нет.

— Нет, никогда не забудет, – король поднялся и отряхнул штаны.

— Как ты живешь с этим? – спросил Кристиан, глядя на него снизу вверх. – Зная, что вы никогда не будете вдвоем?

— Меня она тоже любит, – ответил король с улыбкой. – И вы вдвоем тоже не будете.